Печать

Признание доказательств недопустимыми повлекло изменение квалификации действий осужденного

Мегионским городским судом М. осужден по ч.1 ст. 30, п. «г» ч.4 ст. 228.1 УК РФ к 10 годам лишения свободы со штрафом 70 000 рублей с отбыванием наказания в колонии строгого режима.

М. незаконно приобрел 194,14 гр. гашиша для последующей передачи Б., который по его указанию должен был сбывать наркотическое средство на территории города. Однако Б. сообщил о намерениях М. сотрудникам полиции, которыми последний был задержан, наркотическое средство изъято.

Судебная коллегия не согласилась с квалификацией действий осужденного, указав в обоснование изменения приговора следующее.

Вывод о виновности М. в приготовлении к сбыту обнаруженных у него наркотических средств суд первой инстанции мотивировал показаниями М., данными в ходе предварительного расследования уголовного дела, и показаниями свидетеля Б., сообщившего о предстоящей сделке правоохранительным органам, в результате чего преступные действия М. были пресечены.

Между тем М., являясь гражданином иностранного государства, не владеет русским языком, в связи с чем, на предварительном следствии ему был предоставлен переводчик, с которым проводились все следственные действия. С участием переводчика рассматривалось и уголовное дело судом. Однако очередное судебное заседание, на котором были оглашены показания обвиняемого М., свидетеля Б., а также протокол очной ставки между ними проведено без участия переводчика.

При таких обстоятельствах указанные протоколы судебной коллегией признаны недопустимыми, из числа доказательств исключены в силу положений ст. 75 УПК РФ.

Кроме того, протоколы допроса свидетеля Б. и очной ставки были оглашены по ходатайству государственного обвинителя незаконно, поскольку судом первой инстанции согласие подсудимого и его защитника на это получено не было. Указанное ходатайство государственным обвинителем заявлено по основаниям п. 3 ч. 2 ст. 281 УПК РФ, предусматривающим возможность оглашения показаний свидетеля, являющегося иностранным гражданином, в случае его отказа явиться по вызову суда. Вместе с тем в материалах дела отсутствуют доказательства об извещении свидетеля Б. о дате и времени судебного заседания и его отказа от явки в суд.

По мнению судебной коллегии, показания осужденного о том, что гашиш он собирался передать Б. для сбыта, при условии соблюдения уголовно-процессуального закона при их оглашении, могли бы быть положены в основу обвинительного приговора.

Вместе с тем иных убедительных доказательств виновности М. в приготовлении к сбыту наркотических средств материалы уголовного дела не содержат. Сведений об осуществлении по делу проверочной закупки не имеется.

Показания свидетелей М., Е., Х. и Х., на которые сослался суд в приговоре как на доказательства совершения указанного преступления, подтверждают лишь факт изъятия наркотических средств у М.

Истолковав имеющиеся сомнения в пользу обвиняемого судебная коллегия переквалифицировала действия М. на ч. 2 ст. 228 УК РФ, наказание снизила.

Приговор изменен ввиду неправильной юридической оценки действий виновного

Югорским районным судом А. осужден по ч. 2 ст. 228, ч. 1 ст. 228.1, ч. 3 ст. 30, п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ, на основании ч. 3 ст. 69, ст. 70 УК РФ к 12 годам лишения свободы с отбыванием наказания в колонии строгого режима.

А. признан виновным, в том числе, в покушении на незаконный сбыт Т. производного наркотического средства в крупном размере.

Действия осужденного необоснованно квалифицированы как покушение на преступление.

Так, А., договорившись с Т. о продаже последнему за 500 рублей 0,415 гр. производного наркотического средства, направился в назначенное место, однако был задержан сотрудниками полиции, наркотик изъят.

По смыслу закона, в тех случаях, если лицо незаконно приобретает, хранит, перевозит, изготавливает или перерабатывает наркотические средства в целях последующего сбыта этих средств, но умысел не доводит до конца по независящим от него обстоятельствам, содеянное при наличии к тому оснований подлежит квалификации как приготовление к незаконному сбыту наркотических средств.

Действия А. в отношении наркотического средства были пресечены сотрудниками полиции в момент хранения им наркотика в целях сбыта при себе, по пути к месту передачи наркотического средства Т., при этом активных действий, непосредственно направленных на передачу наркотика, А. совершено не было.

В связи с этим действия А. по данному преступлению переквалифицированы на ч. 1 ст. 30, п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ, наказание снижено.

Необоснованное признание смягчающего обстоятельства и несправедливость приговора явились основаниями для усиления наказания

Нижневартовским городским судом Ш. осужден по ч. 1 ст. 105 УК РФ к 6 годам лишения свободы с отбыванием наказания в колонии строгого режима.

Ш. признан виновным в убийстве Л.

Суд при назначении Ш. наказания учел характер и степень общественной опасности деяния, личность виновного, ранее не судимого, характеризующегося положительно. Отягчающим обстоятельством признал совершение преступления в состоянии алкогольного опьянения. В качестве смягчающих обстоятельств учел явку с повинной, полное признание вины и чистосердечное раскаяние, способствование расследованию преступления, противоправное поведение потерпевшего, явившееся поводом для совершения преступления, иные действия, направленные на заглаживание вреда, причиненного потерпевшему, пожилой возраст виновного.

Судебная коллегия сочла убедительными доводы апелляционного представления о несправедливости приговора и необоснованном признании смягчающим обстоятельством противоправного поведения потерпевшего. Данное обстоятельство из приговора исключено, поскольку в нарушение требований ст. 73 УПК РФ в судебном заседании оно не подтверждено совокупностью доказательств.

Так, из показаний Ш. следует, что в ходе конфликта Л. оскорбил его и ударил кулаком по голове, отчего он сильно разозлился и стал бить Л., однако тот продолжал его оскорблять, тогда он взял нож и вонзил в шею потерпевшему.

Между тем показания Ш. о причинах, послуживших поводом для избиения потерпевшего и последующего его убийства, опровергаются показаниями очевидцев.

В судебном заседании были оглашены в связи с противоречиями показания свидетелей А. и К., которые в ходе предварительного расследования подтверждали, что потерпевший поводов для конфликта не давал, ударов Ш. не наносил.

Кроме того, согласно показаниям сына погибшего, его отец был спокойным, неконфликтным человеком. В последнее время жил один. Ш., свидетели А. и К. приходили к отцу с целью распития спиртных напитков. При жизни отец ему рассказывал, что Ш., когда выпивал, вел себя агрессивно, неадекватно.

Судебная коллегия также пришла к выводу, что при назначении Ш. наказания суд не в полной мере учел характер и степень общественной опасности совершенного им особо тяжкого преступления, характеризующегося высокой степенью социальной опасности, фактические обстоятельства дела, из которых следует, что Ш., находясь в состоянии алкогольного опьянения, в ходе ссоры, возникшей по малозначительному поводу, из личных неприязненных отношений нанес потерпевшему не менее одиннадцати ударов кулаками по голове и телу, после чего вооружился ножом и с целью убийства нанес лежащему на полу потерпевшему пять ножевых ранений, в том числе, два в шею, от которых наступила смерть последнего.

При таких обстоятельствах назначенное осужденному Ш. наказание признано несправедливым, усилено до 8 лет лишения свободы.

Необоснованное указание в приговоре сведений о погашенных судимостях осужденного повлекло снижение наказания

Урайским городским судом Ш. осужден по ч. 2 ст. 228 УК РФ к 4 годам лишения свободы условно с испытательным сроком 3 года.

Ш. признан виновным в незаконных приобретении и хранении наркотических средств без целя сбыта в крупном размере.

Мотивируя решения о назначении наказания Ш. суд первой инстанции в качестве характеристики его личности указал, что он ранее судим, однако судимости сняты и погашены в установленном законом порядке.

Таким образом, данное обстоятельство суд учел в качестве сведений, характеризующих Ш. как лицо, склонное к совершению преступлений.

Между тем, согласно положениям ч. 6 ст. 86 УК РФ, погашение или снятие судимости аннулирует все связанные с ней правовые последствия.

Суды не должны учитывать в качестве сведений, отрицательно характеризующих личность подсудимого, данные о наличии у него погашенных или снятых в установленном порядке судимостей, что прямо закреплено в п. 6 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.10.2009 № 20 «О некоторых вопросах судебной практики назначения и исполнения уголовного наказания».

В этой связи из приговора исключено указание о том, что Ш. ранее судим, наказание снижено.

Приговор изменен ввиду неправильного применения уголовного закона при назначении наказания

Кондинским районным судом П. осужден по ч. 2 ст. 228 УК РФ, на основании ст. 70 УК РФ к 4 годам лишения свободы с отбыванием наказания в колонии общего режима.

П. признан виновным в незаконном хранении наркотичес-кого средства в крупном размере.

Причиной изменения приговора явилось неправильное применение уголовного закона.

Суд первой инстанции, правильно установив, что условное осуждение П. по приговору от 11.12.2013 подлежит отмене, а наказание следует назначить по совокупности приговоров, ошибочно сослался в резолютивной части на ч. 5 ст. 70 УК РФ, в то время как необходимо было применить ч. 5 ст. 74 УК РФ. Кроме того, сославшись на правила ст. 70 УК РФ, окончательное наказание П. суд назначил путем частичного сложения наказаний, фактически применив положения ст. 69 УК РФ.

В связи с указанными обстоятельствами судебная коллегия условное осуждение отменила на основании ч. 5 ст. 74 УК РФ, окончательное наказание назначила в соответствии со ст. 70 УК РФ путем частичного присоединения к назначенному наказанию не отбытой части наказания по приговору от 11.12.2013.

Приговор изменен в связи с неправильным применением положений ст. 64 УК РФ

Советским районным судом С., в том числе, осужден по ч. 1 ст. 260 УК РФ, с применением ст. 64 УК РФ к штрафу в размере 10 000 рублей.

С. признан виновным в повреждении лесных насаждений до степени прекращения роста в значительном размере.

В обоснование изменения приговора судья апелляционной инстанции указал, что санкцией ч. 1 ст. 260 УК РФ не установлен нижний предел наказания в виде штрафа, в связи с чем, он может быть назначен в соответствии с Общей частью УК РФ от 5 000 рублей.

В данном случае при назначении С. штрафа в сумме 10 000 рублей ст. 64 УК РФ применена судом ошибочно и подлежит исключению из приговора.

Неправильное применение уголовного закона повлекло изменение судебного решения

Нижневартовским городским судом Ч. освобожден от уголовной ответственности за совершение запрещенного уголовным законом деяния, предусмотренного ч. 1 ст. 318 УК РФ, к нему применены принудительные меры медицинского характера в виде принудительного лечения в психиатрическом стационаре специализированного типа.

По смыслу закона в психиатрический стационар специализированного типа, а также специализированного типа с интенсивным наблюдением помещаются лица, по своему психическому состоянию требующие соответственно постоянного наблюдения либо представляющие особую опасность для себя иди других лиц, за которыми нужен постоянный и интенсивный надзор.

Если интенсивного наблюдения не требуется, то на основании ч. 2 ст. 101 УК лицо проходит лечение и наблюдение в психиатрическом стационаре общего типа.

Согласно заключению эксперта психическое расстройство Ч. связано с его опасностью для себя и для других лиц и с возможностью причинения иного существенного вреда, он нуждается в применении принудительных мер медицинского характера в виде принудительного лечения в психиатрическом стационаре специализированного типа.

Между тем указанное заключение не содержит выводов о том, что Ч. по своему психическому состоянию требует постоянного наблюдения либо представляет особую опасность для себя и других лиц и требует постоянного наблюдения.

При таких обстоятельствах прохождение принудительного лечения Ч. судом округа определено в стационаре общего типа, а не специализированного, как ошибочно указано в обжалуемом постановлении.

Постановление суда о возвращении уголовного дела прокурору отменено ввиду отсутствия каких-либо препятствий для его рассмотрения по существу

Советским районным судом возвращено прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ уголовное дело в отношении Х.Х.М., обвиняемого по ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 105 УК РФ.

Органом расследования Х.Х.М. обвинялся в покушении на убийство Х.Х.Х. путем выстрелов из огнестрельного оружия.

Суд вернул уголовное дело прокурору для соединения с другим уголовным делом в отношении Х. по обвинению в совершении преступлений, предусмотренных ст.ст. 222, 223 УК РФ, по факту незаконного хранения, приобретения огнестрельного оружия, боеприпасов и взрывчатого вещества.

В соответствии с п. 4 ч. 1 ст. 237 УПК РФ судья по ходатайству стороны или по собственной инициативе возвращает уголовное дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения в случаях, если имеются предусмотренные ст. 153 УПК РФ основания для соединения уголовных дел.

Согласно ч. 1 ст. 153 УК РФ в одном производстве могут быть соединены уголовные дела в отношении, в том числе, одного лица, совершившего несколько преступлений.

Таким образом, законодатель предусмотрел единственный критерий, при наличии которого дело возвращается прокурору: это препятствия для рассмотрения уголовного дела, которые возникли по вине следственных органов при расследовании уголовного дела.

Суд в постановлении не привел каких-либо обстоятельств, препятствующих рассмотрению дела по существу. Наличие другого уголовного дела, находящегося на стадии предвари-тельного следствия по обвинению Х. в совершении других преступлений само по себе не является препятствием для рассмотрения настоящего уголовного дела.

Кроме того, соединение уголовных дел - это не обязанность следственных органов, а их право, которое они реализуют по своему усмотрению при наличии определенных законом обстоятельств.

Судом округа также отмечено, что необоснованное возвращение дела прокурору влечет задержку в разрешении дела по существу, что препятствует своевременной реализации прав и законных интересов участников уголовного процесса, в частности на разумный срок судопроизводства.

По указанным основаниям постановление отменено, уголовное дело направлено в тот же суд со стадии назначения судебного заседания.

Указанные судом в постановлении о возвращении уголовного дела прокурору обстоятельства признаны необоснованными

Ханты-Мансийским районным судом возвращено прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ уголовное дело в отношении К.А.А., Т.Р.Ю. и Т.Ю.В., обвиняемых в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 217 УПК РФ.

Суд первой инстанции пришел к выводу, что обвиняемые и их защитники не были ознакомлены с постановлением следователя о признании судебными издержками расходов на оплату проведенной по делу экспертизы, а также с сопроводительным письмом о направлении экспертам экспертных заключений.

Между тем данное утверждение является предположением, основанным исключительно на фотокопиях документов из материалов дела, имевшихся у стороны защиты, которые не являются достаточным подтверждением того, что указанные документы в материалах дела отсутствовали.

Напротив, из материалов дела следует, что требования ст. 217 УПК РФ выполнены надлежащим образом, каких-либо претензий по поводу наличия несоответствий в описи документов и наличия либо отсутствия документов в деле, со стороны обвиняемых и их защитников не поступало.

При таких обстоятельствах, по мнению судьи апелляционной инстанции, оснований для выводов о фальсификации находящихся в деле документов не имеется.

По смыслу закона под нарушениями уголовно-процессуального закона, которые могут являться основаниями для возвращения дела прокурору, следует понимать лишь такие, которые невосполнимы в ходе судебного разбирательства и которые исключают возможность принятия судом окончательного решения по существу уголовного дела.

Как видно из материалов дела, указанные документы не являются доказательствами по делу, не устанавливают обстоятельств совершенного преступления, не влияют на объем предъявленного обвинения и не препятствуют принятию судом решения по существу дела. Также приведенные в обжалуемом постановлении обстоятельства не нарушают прав подсудимых, так как не являются неустранимыми в ходе рассмотрения уголовного дела.

В связи с этим постановление суда о возвращении уголовного дела прокурору по апелляционному представлению заместителя прокурора округа признано необоснованным и отменено, уголовное дело направлено для дальнейшего судебного разбирательства.

Судебное постановление отменено, в связи с нарушением норм уголовно-процессуального закона

Нижневартовским городским судом отказано в принятии к рассмотрению ходатайства осужденного С. о снятии судимости по приговору Нижневартовского районного суда от 25.01.2005, которым он судим по ч. 3 ст. 158 УК РФ к 3 годам лишения свободы условно с испытательным сроком 3 года .

Принимая решение об отказе в принятии ходатайства к рассмотрению суд указал, что в силу требований п. «а» ч. 3 ст. 86 УК РФ судимость лиц, условно осужденных, погашается по истечении назначенного судом испытательного срока. Данных об отмене условного осуждения по приговору нет, следовательно, судимость С. погашена, и правовые основания для рассмотрения ходатайства о снятии судимости отсутствуют.

С. обжаловал данное решение в суд апелляционной инстанции, которым оно признано незаконным и отменено ввиду нарушений норм уголовно-процессуального закона.

Отказывая С. в принятии ходатайства о снятии судимости, суд первой инстанции изложил в обжалуемом постановлении выводы, не имеющие под собой фактических оснований.

В частности, утверждая о погашении судимости, суд не выяснил и сведения об этом отсутствуют, отбыл ли С. условное осуждение, назначенное по приговору. Не проверил, отменялось ли данное условное осуждение, был ли С. судим впоследствии с применением положений ч. 5 ст. 69 или ст. 70 УК РФ.

В соответствии с п. 32 постановления Пленума Верховного суда РФ от 20.12.2011 № 21 «О практике применения судами законодательства об исполнении приговора» при поступлении ходатайства по вопросам, связанным с исполнением приговора, судья проверяет, приложены ли к нему документы, необходимые для разрешения вопроса по существу. В сборе сведений, которые не могут быть получены или истребованы осужденным или адвокатом, суд оказывает содействие.

В рассматриваемом случае документы, необходимые для разрешения вопроса по существу или для принятия решения об отказе С. в рассмотрении его ходатайства, могли быть истребованы судьей без ущерба разумности сроков судебного разбирательства, чего сделано не было. Отсутствие указанных сведений не может быть восполнено судом апелляционной инстанции, поэтому ходатайство С. направлено в Нижневартовский городской суд для нового судебного разбирательства.

ПЕРЕСМОТР СУДЕБНЫХ РЕШЕНИЙ В КАССАЦИОННОМ ПОРЯДКЕ

Постановленный в особом порядке приговор отменен в связи с нарушением требований ч. 7 ст.316 УК РФ

Приговором Нижневартовского городского суда Д. осужден по п. «в» ч.2 ст.158, ч.5 ст.69 УК РФ к 4 годам лишения свободы.

Д. признан виновным в краже велосипеда, совершенной в неустановленный день, с 1 по 9 мая 2013 года в г.Нижневартовске. Уголовное дело рассмотрено в порядке гл.40 УПК РФ при согласии обвиняемого с предъявленным обвинением.

Отменяя приговор президиум суда указал, что судья в нарушение ч.7 ст.316 УПК РФ, не убедившись в правильности предъявленного Д. обвинения в совершении преступления, предусмотренного п. «в» ч.2 ст.158 УК РФ, назначил и рассмотрел дело в особом порядке.

Вместе с тем, согласно материалам другого уголовного дела в отношении Д., справкой БУ ХМАО-Югры «Нижневартовская окружная больница №1» подтверждено, что Д. в период с 30 апреля по 20 мая 2013 года находился на стационарном лечении.

Дело направлено на новое судебное рассмотрение с указанием об исследовании и оценки всех обстоятельств.

Действия участников организованной группы квалифицированы как приготовление к сбыту наркотических средств

Приговором Нижневартовского городского суда С., И., Ш., М., Е., С., З., К. и К. осуждены за совершение нескольких преступлений, предусмотренных п. «а», «г» ч.3 ст.228.1 УК РФ.

Кроме того, по факту обнаружения 27.03.2012 наркотических средств при личном досмотре и по месту жительства участников организованной группы, а также в заранее созданных «закладках» в различных местах г.Нижневартовска действия осужденных были квалифицированы по ч.3 ст.30, п. «а», «г» ч.3 ст.228.1 УК РФ как покушение на незаконный сбыт наркотических средств в особо крупном размере организованной группой.

Вместе с тем по смыслу закона под незаконным сбытом наркотических средств следует понимать любые способы их возмездной либо безвозмездной передачи другим лицам (продажу, дарение, обмен, уплату долга, дачу взаймы и т.д.), а также иные способы реализации.

Таким образом, по преступлению, совершенному 27.03.2012, для установления в действиях виновного признаков незаконного сбыта наркотических средств необходимо, чтобы лицо любым способом реализовало данное наркотическое средство.

Однако, как установлено судом, С. передал наркотическое средство К., И., М., которые в свою очередь распределили его между собой и другими участниками группы К., З., Ш., Е. с целью последующего незаконного сбыта.

Согласно ч.3 ст.30 УК РФ покушением на преступление признаются умышленные действия, непосредственно направленные на совершение преступления, если при этом преступление не было доведено до конца по независящим от этого лица обстоятельствам.

Из установленных в судебном заседании обстоятельств следует, что по данному преступлению каких-либо активных действий, направленных на сбыт наркотических средств, осужденными осуществлено не было. Часть наркотиков изъята при личных досмотрах и осмотрах места жительства участников группы, а часть находилась в тайниках и была приготовлена к сбыту.

Согласно установленным фактическим обстоятельствам местонахождение тайников с наркотическими средствами, сделанных заранее участниками группы, сообщалось покупателям после поступления денежных средств на виртуальные счета платежных систем, таким образом, предварительное приобретение наркотических средств и создание «закладок» является действиями, направленными на создание условий для последующего сбыта наркотических средств, т.е. приготовлением к совершению преступления.

В связи с чем действия осужденных по последнему эпизоду кассационной инстанцией переквалифицированы с ч.3 ст.30-п. «а», «г» ч.3 ст.228.1 УК РФ на ч.1 ст.30, п. «а», «г» ч.3 ст.228.1 УК РФ - приготовление к незаконному сбыту наркотических средств, совершенное организованной группой в особо крупном размере.

Назначение максимального наказания с учетом положений ч.1 ст.62 УК РФ при наличии иных смягчающих обстоятельств признано несправедливым

Приговором Нижневартовского городского суда Х. осужден по ч.3 ст.162 УК РФ к 8 годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

В апелляционной инстанции приговор оставлен без изменения.

Смягчая наказание осужденному президиум указал, что согласно ч.3 ст.60 УК РФ при назначении наказания учитываются характер и степень общественной опасности преступления и личность виновного, в т.ч. обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание, а также влияние наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

Суд при назначении Х. наказания не в полной мере учел указанные выше требования закона.

В приговоре суд признал наличие смягчающих обстоятельств, предусмотренных п. «и» и «к» ч.1 ст.61 УК РФ (явка с повинной, активное способствование расследованию преступления, добровольное возмещение имущественного ущерба и иные действия, направленные на заглаживание вреда), отсутствие отягчающих обстоятельств и назначил Х. наказание в виде 8 лет лишения свободы, т.е. максимально возможное с учетом положений ч.1 ст.62 УК РФ (2/3 от 12 лет лишения свободы).

В то же время в приговоре установлено наличие и других смягчающих обстоятельств – полное признание вины, чистосердечное раскаяние, наличие малолетних детей, но, исходя из срока наказания, суд в нарушение ч.3 ст.60 УК РФ фактически не учел их при назначении наказания и не мотивировал свои выводы в приговоре.

В этой связи наказание Х. снижено с учетом всех смягчающих обстоятельств, приведенных в приговоре.

Неправильное определение вида исправительного учреждения повлекло изменение приговора

Приговором Радужнинского городского суда Ш., ранее неоднократно судимый, осужден по ч.2 ст.159, ч.5 ст.69 УК РФ к 5 годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

При проверке доводов жалобы осужденного о неправильном определении вида исправительного учреждения, установлено, что в декабре 2009 года Ш. осужден к исправительным работам за совершение преступления средней тяжести.

Впоследствии это наказание было заменено на лишение свободы с отбыванием в колонии-поселении, возложена обязанность самостоятельно следовать к месту отбывания наказания.

Однако Ш. в колонию-поселение не прибыл и не отбывал данное наказание.

В сентябре 2010 года Ш. осужден к лишению свободы за совершение тяжких преступлений с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима. Окончательное наказание назначено по правилам ч.3 ст.69 и ст.70 УК РФ с предыдущим приговором.

Последним приговором Ш. осужден к лишению свободы за совершение преступления средней тяжести с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Вместе с тем суд не учел, что окончательное наказание Ш. назначено по правилам ч.5 ст.69 УК РФ, то есть за преступление, совершенное до постановления второго приговора, и наказание он должен отбывать в исправительной колонии общего режима, что и было определено судом кассационной инстанции.

Постановление суда, вынесенное в порядке исполнения приговора, изменено

Приговором Мегионского городского суда Г., ранее судимый по ч.1 ст.228 УК РФ, осужден по ч.3 ст.30-п. «г» ч.3 ст.228.1 УК РФ к 10 годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Постановлением Сургутского городского суда Г. отказано в удовлетворении ходатайства о приведении приговора в соответствие с изменениями, внесенными в УК РФ Федеральными законами №26-ФЗ от 07.03.2011, №420-ФЗ от 07.12.2011 и №18-ФЗ от 01.03.2012. Апелляционной инстанцией решение оставлено без изменения.

Вместе с тем судами не учтено, что в соответствии с Федеральным законом №420-ФЗ от 07.12.2011 в ч.2 ст.15 УК РФ внесены изменения, согласно которым преступлениями небольшой тяжести признаются умышленные преступления, за совершение которых максимальное наказание не превышает трех лет лишения свободы.

Ранее Г. был судим по ч.1 ст.228 УК РФ, которая на момент осуждения относилась к категории средней тяжести и впоследствии это было учтено при признании в действиях осужденного рецидива преступлений.

С учетом изменений, в силу которых указанное преступление в настоящее время относится к категории небольшой тяжести, и в соответствии с п. «а» ч.4 ст.18 УК РФ (при признании рецидива не учитываются судимости за умышленные преступления небольшой тяжести) из последнего приговора исключено отягчающее обстоятельство – рецидив преступлений, а назначенное с учетом рецидива наказание снижено.

Уголовно-судебный отдел

прокуратуры ХМАО-Югры

Возврат к списку