Печать

ПЕРЕСМОТР СУДЕБНЫХ РЕШЕНИЙ В АПЕЛЛЯЦИОННОМ ПОРЯДКЕ

Доводы осужденного о необоснованности

и несправедливости приговора признаны несостоятельными

Сургутским городским судом Р. осужден по ч. 4 ст. 111 УК РФ к 10 годам лишения свободы с отбыванием наказания в колонии строгого режима.

С. признан виновным в умышленном причинении тяжкого вреда здоровью Л., повлекшего смерть потерпевшего.

В апелляционной жалобе Р. оспаривал выводы суда первой инстанции в части того, что кроме него удары Л. наносила также К., с которой у потерпевшего изначально возник конфликт. При назначении наказания не принято во внимание, что он страдает рядом серьезных заболеваний, написал письмо матери погибшего с раскаянием, оказал помощь потерпевшему.

Судебной коллегией оснований для удовлетворения доводов жалобы не установлено.

Преступление совершено открыто, в условиях очевидности. Присутствующие при этом свидетели К., М., П., Е. и Б. в судебном заседании и на предварительном следствии пояснили, что именно Р. в результате ссоры избил Л., в том числе нанес несколько ударов табуретом по лицу. Показания указанных лиц существенных противоречий не имеют и соотносятся с собственным признанием осужденного на предварительном следствии. Кроме того, по свидетельствам очевидцев удары пострадавшему наносил только Р., а вопреки утверждению последнего результаты судебно-медицинской экспертизы полностью подтверждают описываемый свидетелями механизм причинения виновным телесных повреждений потерпевшему.

Также не установлено оснований для смягчения назначенного Р. наказания, которое признано соразмерным и справедливым.

При его назначении судом приняты во внимание отягчающее обстоятельство - рецидив преступлений и смягчающие – наличие тяжелых заболеваний, явка с повинной, активное способствование раскрытию и расследованию преступления, признание вины, аморальность поведения потерпевшего, явившаяся поводом для совершения преступления.

Тот факт, что осужденный после избиения Л. перевернул того на бок, чтобы Л. не захлебнулся кровью, по мнению судебной коллегии, нельзя расценивать, как смягчающее обстоятельство – оказание помощи потерпевшему. Данные действия по существу никак не повлияли и не могли повлиять ни на характер, ни на последствия преступления. Не может служить основанием для снижения наказания и письмо Р. потерпевшей, которое не являлось предметом исследования в суде первой инстанции.

Не установлено оснований для применения в отношении

осужденного акта об амнистии и снижения наказания

Приговором Ханты-Мансийского районного суда Х. осужден по ч. 2 ст. 228 УК РФ, условное освобождение по предыдущему приговору отменено и окончательно на основании ст. 70 УК РФ назначено 5 лет лишения свободы с отбыванием наказания в колонии общего режима.

В апелляционной жалобе Х. просил снизить ему срок наказания. При этом указал, что суд не должен был учитывать имеющуюся у него судимость и отменять условное осуждение, так как он подлежал освобождению от наказания в соответствии с постановлением Государственной Думы от 24.04.2015 «Об объявлении амнистии, в связи с 70-летием Победы в Великой отечественной войне 1941-1945 годов».

Судебная коллегия указала, что указанный акт об амнистии не подлежит применению к осужденному Х., так как согласно п.п. 2 п. 13 амнистия не распространяется на осужденных, совершивших преступления, предусмотренные ч. 2 ст. 228 УК РФ, за которые Х. был ранее и сейчас осужден. В связи с этим оснований для исключения из приговора ст.ст. 74, 70 УК РФ не имеется.

Также отсутствуют основания для применения ст. 73 УК РФ, поскольку Х. совершил преступление в период испытательного срока за тяжкое преступление. Наказание в виде реального лишения свободы определено судом в соответствии с нормами закона и с учетом всех обстоятельств, которые необходимо учесть при его назначении. Условная мера наказания в данном случае не позволит достичь целей наказания.

С учетом фактических обстоятельств преступления и высокой степени его общественной опасности, наличия отягчающего обстоятельства – состояния опьянения, вызванного употреблением наркотических средств, вопреки доводам осужденного, не подлежит применению и положения ч. 6 ст. 15 УК РФ.

Доводы защитника о невиновности обвиняемого, уголовное дело в отношении которого прекращено за смертью, признаны несостоятельными

Постановлением Мегионского городского суда уголовное дело в отношении М.А. по ч. 1 ст. 111 УК РФ прекращено в связи со смертью обвиняемого.

Судом установлено совершение М.А., впоследствии умершим, умышленного причинения М.И. тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека.

В апелляционной жалобе адвокат К. просил постановление суда отменить и вынести в отношении М. оправдательный приговор. При этом указал, что его вина в совершении преступления не доказана, обстоятельства причинения ножевых ранений потерпевшей достоверно не установлены; орудие преступление не найдено; выводы суда основаны на противоречивых показаниях потерпевших и свидетелей, которые не знают, откуда пришла потерпевшая с ножевыми ранениями; не дано оценки заключению эксперта, согласно которому на двух изъятых ножах кровь потерпевшей не обнаружена; необоснованно отвергнуты показания свидетелей, которые вопреки показаниям потерпевшей охарактеризовали М.А. исключительно с положительной стороны.

Судебная коллегия указала, что причастность М.А. к причинению тяжкого вреда здоровью М.И. подтверждена исследованными в судебном заседании доказательствами.

Согласно показаниям потерпевшей, ножевые ранения ей нанес М.А. в ходе ссоры по месту жительства. Из показаний соседей З.А., Б.Е. и Б.А. следует, что к ним прибежала дочь супругов М. и сказала, что папа бьет маму. Они вышли на площадку, стучали в дверь, но им никто не открыл, через некоторое время пришла М.И. с ножевыми ранениями и сообщила, что это сделал М.А., который сказал, что «себя порешит». Вызвали «скорую помощь» и опергруппу, так как не могли попасть в квартиру, она была закрыта изнутри. Из квартиры были слышны удары, продолжалось это около 20-30 минут.

Свидетель П., прибывший на место преступления в составе опергруппы, показал, что все окна в квартире также были закрыты изнутри, в связи с чем, он разбил кухонное окно и залез в квартиру, впустил других сотрудников. При осмотре в комнате был обнаружен труп М.А. Противоречий, дающих основание сомневаться в правдивости показаний потерпевшей и указанных свидетелей, не установлено.

Тот факт, что ни на одном из изъятых ножей не обнаружена кровь потерпевшей, не свидетельствует о непричастности М.А. к возникновению у нее повреждений, так как по заключению эксперта повреждения возникли в юридически значимый период от воздействия острых предметов, при этом сами предметы в ходе следствия точно не установлены.

Версия стороны защиты о том, что это преступление могло совершить иное лицо, а не М.А., а его самого убили, судом проверялась, однако своего подтверждения не нашла, опровергается совокупность вышеуказанных доказательств.

Показания свидетелей, допрошенных в судебном заседании по инициативе стороны защиты, суд правильно не признал относимыми, поскольку данные лица не были на месте происшествия и по поводу преступления ничего не знают, но охарактеризовали М.А. с положительной стороны, что выводы суда о совершении преступления М.А. не опровергает.

Доказательства, положенные в основу судебного решения, оценены судом в соответствии со ст. 88 УПК РФ с точки зрения относимости, допустимости и достаточности.

Анализ доказательств позволил сделать вывод, что суд первой инстанции правильно установил фактические обстоятельства дела с приведением в судебном решении мотивов принятого решения, оснований не согласиться с которыми не имеется.

Правовых оснований для применения акта об амнистии не установлено, поскольку лицо признано злостным нарушителем установленного порядка отбывания наказания

Приговором Ханты-Мансийского районного суда Я. осужден по п. «б» ч. 2 ст. 158 УК РФ к 2 годам 6 месяцам лишения свободы, на основании ст. 74 УК РФ отменено условное осуждение, в соответствии со ст. 70 УК РФ окончательно назначено 2 года 7 месяцев лишения свободы с отбыванием в колонии общего режима.

В апелляционной жалобе адвокат Х., ссылаясь на то, что его подзащитный по предыдущему приговору осужден к лишению свободы, которое не отменялось, в места лишения свободы Я. не направлялся, просит применить акт об амнистии и освободить Я. от наказания.

Судом апелляционной инстанции указано, что приведенные адвокатом доводы не содержат правовых оснований к отмене приговора по названным обстоятельствам и основаны на ошибочном толковании действующего закона.

Я. совершил умышленное преступление в период с 20 по 21.11.2014, за которое он осужден настоящим приговором суда, и спустя 6 дней после вынесения в отношении него предыдущего приговора.

В силу этих обстоятельств и согласно п.п. 6 п. 13 постановления Государственной Думы от 24.04.2015 «Об объявлении амнистии, в связи с 70-летием Победы в Великой отечественной войне 1941-1945 годов», действие настоящего постановления не распространяется на осужденных лиц, являющихся злостными нарушителями установленного порядка отбывания наказания.

В соответствии с п.п. 4 п. 19 указанного постановления об амнистии злостными нарушителями установленного порядка отбывания наказания следует считать осужденных, совершивших умышленные преступления до вступления приговора в законную силу и начала исчисления срока отбывания наказания либо совершивших умышленные преступления во время отбывания наказания.

Не указание срока, на который избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, повлекло изменение судебного решения

Постановлением суда ХМАО-Югры З., обвиняемой по ч. 3 ст. 30, ч. 4 ст. 159 УК РФ, продлен срок содержания под стражей до момента ознакомления ее и защитника с материалами уголовного дела и направления прокурором уголовного дела в суд.

В апелляционной жалобе адвокат Г. просил постановление суда отменить, меру пресечения изменить на домашний арест, поскольку дальнейшее содержание З. под стражей - свыше одного года, раскаявшейся в совершенных преступлениях, воспитывающей двоих малолетних детей, по мнению автора жалобы, является необоснованной жестокостью, не отвечающей интересам государства. Кроме того, суд обязан был определить не только продолжительность периода содержания под стражей, но и дату окончания срока.

Суд первой инстанции, продлевая меру пресечения, исходил из того, что в настоящее время по делу выполняются требования ст. 217 УПК РФ и для окончания ознакомления с материалами дела обвиняемой и защитнику потребуется дополнительное время. Уголовное дело представляет особую сложность ввиду большого количества зарегистрированных фактов хищений денежных средств, фигурантов по делу, а также большого объема следственных действий и оперативно-розыскных мероприятий на территории нескольких субъектов РФ.

Кроме того, избранная в отношении З. мера пресечения в виде заключения под стражу, не может быть изменена на более мягкую, поскольку она обвиняется в совершении тяжких преступлений, в составе организованной группы и, находясь на свободе, может продолжить заниматься преступной деятельностью, скрыться от органов следствия и суда, угрожать свидетелям, иным участникам судопроизводства и иным путем воспрепятствовать производству по уголовному делу.

Суд апелляционной инстанции согласился в данной части с решением суда, указав, что наличие у обвиняемой места жительства в г. Нижневартовске, а также на иждивении малолетних детей, не может являться основанием для изменения ей меры пресечения на более мягкую.

Вместе с тем в соответствии с п. 20 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19.12.2013 № 41 «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста и залога» при избрании меры пресечения в виде заключения под стражу, а также при продлении срока ее действия суду следует определять продолжительность периода содержания подозреваемого, обвиняемого под стражей и дату его окончания.

Вопреки указанным требованиям закона суд в резолютивной части постановления не указал срок, на который продлена мера пресечения.

В связи с этим судебное решение изменено, указан срок продления З. меры пресечения в виде заключения под стражу.

Постановление суда изменено, в связи с нарушением положений ч. 6 ст. 86 УК РФ

Постановлением Мегионского городского суда У., осужденный по ч. 2 ст. 264 УК РФ к 2 годам лишения свободы условно с испытательным сроком 2 года, освобожден от дальнейшего отбывания наказания на основании п. 4 постановления Государственной Думы от 24.04.2015 «Об объявлении амнистии, в связи с 70-летием Победы в Великой отечественной войне 1941-1945 годов», снята судимость по указанному приговору. Дополнительное наказание в виде лишения права управления транспортными средствами на срок 2 года постановлено исполнять самостоятельно. Судебное решение принято по результатам рассмотрения представления УИИ.

В апелляционном представлении изложена просьба исключить из резолютивной части постановления суда указание о снятии судимости, поскольку данный вопрос может быть разрешен только после отбытия У. дополнительного наказания.

Вывод суда первой инстанции об освобождении У. от основного наказания и отбывании дополнительного наказания признан соответствующим требованиям закона. Вместе с тем указание суда на снятие с У. судимости является преждевременным.

В силу ч. 6 ст. 86 УК РФ погашение или снятие судимости аннулирует все правовые последствия, связанные с судимостью. Из п. 11 вышеуказанного постановления об амнистии следует, что осужденные, подпадающие под действие п.п. 1-4 настоящего постановления, от дополнительного наказания в виде лишения права управлять транспортным средством не освобождаются.

При таких обстоятельствах вопрос о снятии судимости в отношении У. может быть решен только лишь после отбытия им дополнительного наказания по вышеуказанному приговору. На момент рассмотрения представления УИИ дополнительное наказание У. не отбыто. Приняв решение об освобождении У. от основного наказания и снятии судимости, оставив дополнительное наказание для самостоятельного исполнения, суд нарушил положения ч. 6 ст. 86 УК РФ.

В связи с этим, из резолютивной части судебного постановления исключено указание о снятии с У. судимости.

Прекращение производства по ходатайству о применении амнистии признано законным

Адвокат Г. обратился в Мегионский городской суд с ходатайством о применении к Р., осужденному по п. «д» ч. 2 ст. 112 УК РФ к условной мере наказания, акта об амнистии.

Мегионским городским судом производство по ходатайству адвоката прекращено.

В апелляционной жалобе Г. выразил несогласие с принятым решением, указал на то, что суд, отказавшись рассматривать ходатайство, уклонился от возложенной на него Государственной Думой РФ обязанности по применению амнистии.

Согласно п.п. 3 п. 1 постановления Государственной Думы от 24.04.2015 «Об объявлении амнистии, в связи с 70-летием Победы в Великой отечественной войне 1941-1945 годов», вопрос о применении амнистии в отношении условно осужденных решает суд по представлению Уголовно-исполнительной инспекции, осуществляющей контроль за их поведением.

Из представленных материалов следует, что соответствующего представления УИИ г. Мегиона в Мегионский городской суд о применении амнистии в отношении Р. не поступало, в связи с чем суд правильно прекратил производство по ходатайству адвоката Г.

Нарушение права на участие в судебном заседании повлекло отмену судебного решения на новое судебное разбирательство

Постановлением следователя адвокат З. отведен от участия в уголовном деле в защиту интересов и прав обвиняемого К.

Не согласившись с принятым решением, адвокат обратился в Нижневартовский городской суд с жалобой в порядке ст. 125 УПК РФ, в которой просил постановление следователя отменить. По результатам рассмотрения жалобы судом принято постановление об отказе в удовлетворении заявленных адвокатом З. требований.

В апелляционной жалобе З. просил постановление суда отменить, в том числе указал на отсутствие в материалах сведений о надлежащем извещении о дате, времени и месте проведения судебного заседания заинтересованного лица К., что повлекло нарушение прав и законных интересов обвиняемого.

Апелляционная инстанция указала, что обжалуемое постановление следователя затрагивает интересы не только адвоката З., но и его подзащитного – обвиняемого К.

Вместе с тем в судебное заседание заинтересованное лицо К. не вызывался, о дате, времени и месте проведения судебного разбирательства не был извещен, судебное заседание проведено в его отсутствие.

При таких обстоятельствах судом первой инстанции нарушено право обвиняемого К. на участие в судебном заседании при рассмотрении жалобы, непосредственно затрагивающей его интересы, в частности, его право на защиту.

Постановление суда отменено, материал направлен на новое судебное разбирательство.

Постановление суда отменено в связи с несоответствием выводов суда фактическим обстоятельствам дела

Радужнинским городским судом оставлена без удовлетворения жалоба, поданная в порядке ст. 125 УПК РФ, на постановление следователя о приостановлении производства по уголовному делу и объявлении розыска обвиняемого И.

И. обратился с жалобой в суд, указав, что с момента изменения ему меры пресечения с заключения под стражу на залог, никакие следственные действия с его участием не проводились. Следователь не приглашал к себе ни его, ни защитника. Он соблюдал все условия залога, проживал по месту регистрации, работал. О том, что уголовное дело в отношении него приостановлено, а сам он объявлен в розыск, узнал от адвоката. На следующий день после его обращения в суд, обжалуемое постановление отменено, как необоснованное.

Суд первой инстанции пришел к выводу, что следователь имел достаточно оснований для принятия такого решения, в частности результаты проведенных оперативно-розыскных мероприятий.

В апелляционной жалобе И. просил производство по жалобе прекратить, в связи с отменой постановления следователя и отсутствием предмета судебного разбирательства.

В соответствии с п. 8 постановления пленума Верховного Суда РФ от 10.02.2009 № 1 «О практике рассмотрения судами жалоб в порядке ст. 125 УПК РФ» в случае, если по поступившей в суд жалобе будет установлено, что жалоба с теми же доводами уже удовлетворена прокурором либо руководителем следственного органа, то в связи с отсутствием оснований для проверки законности и обоснованности действий (бездействия) или решений должностного лица, осуществляющего предварительное расследование, судья выносит постановление об отказе в принятии жалобы к рассмотрению. Если указанные обстоятельства установлены в судебном заседании, то производство по жалобе подлежит прекращению. При несогласии заявителя с решением прокурора или руководителя следственного органа, а также при частичном удовлетворении содержащихся в жалобе требований, жалоба, поданная в суд, подлежит рассмотрению в соответствии со ст. 125 УПК РФ.

В рассматриваемом случае заместитель начальника следственного органа, отменяя постановление о приостановлении уголовного дела, вынесенное следователем, указал, что основания для объявления И. в розыск не установлены, то есть фактически признал постановление следователя необоснованным, именно об этом в своей жалобе, поданной в порядке ст. 125 УПК РФ, и просил заявитель И.

Таким образом, в данной части основания для проверки законности и обоснованности решения должностного лица, осуществляющего предварительное расследование, отсутство-вали, и суд первой инстанции был обязан вынести постановление о прекращении производства.

Не выполнив данное требование, суд первой инстанции принял собственное решение по обстоятельствам жалобы, признав постановление следователя законным. Вместе с тем фактически суд не исследовал обстоятельства дела и объективно не проверил, имелись ли основания для объявления И. в розыск и для приостановления дела. Выводы, изложенные в постановлении суда, формальны.

Апелляционная инстанция отметила, что по представленным материалам, а также ничем не опровергнутым заявлениям И., последний с момента изменения ему меры пресечения на залог проживал по месту регистрации вместе с женой и двумя малолетними детьми, работал. Сведения о том, что следователь вызывал его на следственные действия или вообще связывался с обвиняемым и защитником, отсутствуют. В судебное заседание следователь не явился и доказательств, подтверждающих, что обвиняемый скрывался, не предъявил. Представленные суду поручение о доставлении обвиняемого и справка о проведенном сотрудниками полиции розыске И. не могут служить такими обстоятельствами. Содержащиеся в них данные проверить невозможно и полагаться на них нельзя.

Исходя из содержания апелляционной жалобы, заявитель согласен с решением заместителя руководителя следственного органа и считает свои требования удовлетворенными данным решением в полном объеме, в связи с чем производство по жалобе апелляционной инстанцией прекращено.

Отсутствие в протоколе судебного заседания подписи председательствующего судьи повлекло отмену судебного решения

Постановлением Нижневартовского городского суда оставлено без удовлетворения заявление З. о возмещении материального вреда, причиненным незаконным осуждением.

Причиной отмены постановления суда явилось существенное нарушение уголовно-процессуального закона.

В соответствии с ч. 6 ст. 259 УПК РФ протокол судебного заседания должен быть изготовлен и подписан председательствующим и секретарем судебного заседания в течение 3 суток со дня окончания судебного заседания.

Вопреки указанным требованиям закона содержащийся в материалах протокол судебного заседания не подписан председательствующим судьей. Отсутствие в протоколе судебного заседания подписи председательствующего по делу судьи приравнивается к отсутствию протокола судебного заседания в материалах дела, что в соответствии с п. 11 ч. 2 ст. 389.17 УПК РФ является основанием для отмены судебного решения в апелляционном порядке.

В связи с этим постановление суда отменено, материал направлен на новое судебное рассмотрение.

Доводы осужденного о нарушения подсудности признаны несостоятельными

Нефтеюганским районным судом постановлено ходатайство Е. о снятии судимости по приговорам мирового судьи судебного участка № 2 города окружного значения Нефтеюганск от 22.09.2009 и Нефтеюганского городского суда от 24.06.2010 - вернуть ввиду неподсудности.

В апелляционной жалобе осужденный Е. просил постановление суда отменить, ссылаясь на то, что он зарегистрирован и проживал в г. Нефтеюганске.

Апелляционная инстанция указала, что оснований для отмены судебного решения не имеется. Е. отбывает наказание по приговору в ФКУ-11 УФСИН России по ХМАО-Югре, которая расположена в г. Сургуте. В соответствии со ст. 20 ГК РФ местом жительства признается место, где гражданин постоянно или преимущественно проживает. При таких обстоятельствах вывод суда первой инстанции о том, что рассмотрение ходатайства осужденного Е. неподсудно Нефтеюганскому районному суду, соответствует требованиям закона.

ПЕРЕСМОТР СУДЕБНЫХ РЕШЕНИЙ В КАССАЦИОННОМ ПОРЯДКЕ

Неправильное применение уголовного закона при назначении наказания повлекло изменение приговора

Приговором Мегионского городского суда (с учетом апелляционного определения) О. осужден по ч.1 ст.111 УК РФ к 12 годам лишения свободы, ч. 1 ст. 116 УК РФ – к 5 месяцам исправительных работ, на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ - к 12 годам 1 месяцу лишения свободы.

Изменяя приговор по доводам жалобы осужденного, кассационная инстанция указала следующее. Признавая в действиях О. наличие рецидива, суд учел его предыдущую судимость за совершение преступления, предусмотренного ч.1 ст.112 УК РФ, которое в соответствии со ст.15 УК РФ (в ред. от 07.12.2011) относится к категории небольшой тяжести. В соответствии с ч. 4 ст.18 УК РФ судимости за преступления небольшой тяжести не учитываются при признании рецидива преступлений. Кроме того, при назначении наказания в виде 5 месяцев исправительных работ по ч.1 ст.116 УК РФ суд не указал размер удержания из заработка осужденного. Вместе с тем в соответствии со ст.50 УК РФ при назначении осужденному исправительных работ из его заработка производятся удержания в доход государства в размере, установленном приговором суда, а согласно п.4 ст.308 УПК РФ в резолютивной части обвинительного приговора должны быть указаны вид и размер наказания, назначенного подсудимому за каждое преступление, в совершении которого он признан виновным.

Нарушение указанных требований закона свидетельствует о том, что по ч.1 ст.116 УК РФ наказание фактически не назначено, в связи с чем, оно не может учитываться при назначении наказания по совокупности преступлений. В этой связи из приговора исключено отягчающее наказание обстоятельство – рецидив преступлений, наказание снижено до 7 лет 10 месяцев лишения свободы. Также О. освобожден от наказания, назначенного по ч. 1 ст. 116 УК РФ, исключено применение ч. 3 ст. 69 УК РФ.

Признание отягчающим обстоятельством совершение преступления в состоянии опьянения, вызванного употреблением алкоголя, признано необоснованным

Приговором Нижневартовского городского суда Т., ранее неоднократно судимый, осужден по п.п. «б», «в» ч.2 ст. 158 УК РФ к 2 годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима. В апелляционном порядке приговор не обжаловался.

В соответствии со ст.73 УПК РФ при производстве по уголовному делу, помимо прочего, подлежат доказыванию обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание.

Суд установил, что Т. совершил преступление в состоянии алкогольного опьянения, вместе с тем, в судебном заседании Т. показал, что до совершения преступления алкогольные напитки не употреблял, после продажи похищенного ноутбука выпил две бутылки пива. Иных доказательств, подтверждающих нахождение Т. в алкогольном опьянении в момент совершения кражи, нет.

При таких обстоятельствах признание судом отягчающим обстоятельством совершения преступления в состоянии алкогольного опьянения является необоснованным.

Кроме того, согласно материалам уголовного дела Т. в ходе предварительного расследования давал подробные признательные показания, подтвердил их при проверке на месте с его участием, указал лицо, которому сбыл похищенный ноутбук, который был изъят и возвращен потерпевшему.

Эти обстоятельства свидетельствуют об активном способствовании Т. расследованию преступления, розыску имущества, добытого в результате совершения преступления, что на основании п. «и» ч.1 ст.61 УК РФ необходимо признать смягчающим обстоятельством.

С учетом указанных обстоятельств из приговора исключено указание о совершении преступления Т. в состоянии алкогольного опьянения и признание данного обстоятельства отягчающим, в качестве смягчающего обстоятельства учтено активное способствование расследованию преступления, розыску имущества, добытого в результате совершения преступления, наказание снижено.

Приговор изменен, поскольку действия осужденного охватывались единым умыслом

и не образуют совокупности преступлений

Приговором мирового судьи судебного участка № 3 Сургутского судебного района города окружного значения Сургута А. осужден за два преступления, предусмотренных ч. 1 ст. 116 УК РФ, и два преступления, предусмотренных ч. 1 ст. 119 УК РФ, на основании ч. 2 ст. 69 УК РФ к 160 часам обязательных работ. В апелляционном порядке приговора не рассматривался.

Изменяя приговор по представлению прокурора, кассационная инстанция указала следующее.

А., в том числе признан виновным в том, что в ходе ссоры, возникшей на почве личных неприязненных отношений с Г., с целью запугивания последней, высказал в ее адрес угрозу убийством, при этом схватил обеими руками шею Г. и с силой стал сдавливать, отчего последняя стала задыхаться. Учитывая сложившуюся обстановку и агрессивное поведение А., потерпевшая угрозу убийством восприняла реально и боялась ее осуществления. Чуть позднее А. в тот же день и в том же месте вновь угрожал убийством Г., размахивал перед ее лицом двумя кухонными ножами, один из которых согнул и пообещал сделать тоже в отношении потерпевшей. Г. угрозу убийством восприняла реально и боялась ее осуществления.

Указанные действия А. квалифицированы двумя преступлениями, предусмотренными ч.1 ст.119 УК РФ, как угроза убийством, если имелись основания опасаться осуществления этой угрозы.

Уголовное дело рассмотрено в порядке гл.40 УПК РФ при согласии обвиняемого с предъявленным обвинением.

В соответствии с ч.7 ст. 316 УПК РФ приговор может быть постановлен в особом порядке судебного разбирательства лишь в случае, если обвинение, с которым согласился подсудимый, обоснованно и подтверждается доказательствами, собранными по уголовному делу.

Указанные требования закона в полном объеме судом не выполнены. Как следует из предъявленного обвинения и установленных судом обстоятельств, действия, связанные с угрозой убийством, А. совершены в один и тот же день, в одном и том же месте, в отношении одной потерпевшей, следовали одно за другим без разрыва во времени – в 16 часов 45 минут и в 16 часов 50 минут.

При таких обстоятельствах квалификация этих действий как двух самостоятельных преступлений, предусмотренных ч.1 ст.119 УК РФ, является необоснованной. Переквалификация действий А. не требует исследования собранных по делу доказательств и соответствует фактическим обстоятельствам происшедшего, установленным органами досудебного производства, с которыми согласился обвиняемый.

Поскольку судом первой инстанции правильно установлены фактические обстоятельства дела, но дана неверная юридическая оценка действиям А., кассационной инстанцией действия осужденного переквалифицированы на одно преступление, предусмотренное ч. 1 ст. 119 УК РФ, на основании ч. 2 ст. 69 УК РФ наказание снижено.

Преступления, совершенные в составе организованной группы, необоснованно одновременно квалифицированы по признаку совершения этих же преступлений группой лиц по предварительному сговору

Приговором Октябрьского районного суда Н. осужден по п. «а» ч. 4 ст. 158, ч. 3 ст. 30, п.п. «а», «б» ч. 4 ст. 158, п.п. «а», «б» ч. 4 ст. 158, ч. 3 ст. 30, п. «а» ч. 4 ст. 158 УК РФ к лишению свободы. В суде апелляционной инстанции приговор не обжалован. Уголовное дело рассмотрено в порядке гл.40 УПК РФ в связи с заключением досудебного соглашения о сотрудничестве.

Н. признан виновным в совершении нескольких преступлений совместно с Г.Е. и Г.Х. в составе организованной группы, в которую также входили С., Я. и О.

При описании преступных деяний, признанных судом доказанными, суд необоснованно по всем эпизодам преступлений указал на совершение Н. преступления с участием Г.Х., уголовное дело в отношении которого было выделено в отдельное производство постановлением следователя.

В соответствии с п.7 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.04.1996 № 1 «О судебном приговоре» суд не должен допускать в приговоре формулировок, свидетельствующих о виновности в совершении преступления других лиц, если дело в отношении некоторых обвиняемых выделено в отдельное производство, в приговоре указывается, что преступление совершено подсудимым совместно с другими лицами, без упоминания фамилий.

В нарушение данного положения суд в приговоре при описании преступного деяния, признанного доказанным, указал на совершение преступления Н. совместно с Г.Х., то есть допустил формулировки, свидетельствующие о его виновности, тогда как таких полномочий на данной стадии не имел, поскольку на момент вынесения приговора в отношении Н. уголовное дело в отношении Г.Х. не было рассмотрено.

Кроме того, все эпизоды хищений и покушений на хищения Н., совершенные в составе организованной группы, необоснованно одновременно квалифицированы судом первой инстанции по признаку совершения этих же преступлений группой лиц по предварительному сговору.

В связи с чем, кассационной инстанцией исключено из описания преступных деяний, признанных доказанными, упоминание фамилии и инициалов Г.Х., а также осуждение Н. по всем преступлениям по квалифицирующему признаку – группой лиц по предварительному сговору.

Применение положений ст. 70 УК РФ вместо ч. 5 ст. 69 УК РФ при назначении виновному наказания влияет на исход дела и ухудшает положение осужденного

Приговором Сургутского городского суда А. осужден по ч. 1 ст. 163 УК РФ к 1 году лишения свободы, на основании ст. 70 УК РФ частично присоединено наказание по приговору от 26.09.2013 и окончательно назначено 1 год 4 месяца с отбыванием в колонии общего режима. В суде апелляционной инстанции приговор не обжалован.

При решении вопроса о назначении наказания А. суд первой инстанции, присоединяя не отбытое наказание, ошибочно применил требования ст. 70 УК РФ вместо ч. 5 ст. 69 УК РФ.

В соответствии с ч. 5 ст. 69 УК РФ в случаях, когда после вынесения судом приговора по делу будет установлено, что осужденный виновен еще и в другом преступлении, совершенном им до вынесения приговора суда по первому делу, наказание назначается по совокупности преступлений. При этом в окончательное наказание засчитывается наказание, отбытое по первому приговору суда.

Как видно из материалов дела, А. осужден по приговору от 26.09.2013, с учетом постановления от 27.12.2013, к лишению свободы сроком на 1 год с отбыванием наказания в колонии общего режима за совершение преступления, предусмотренного п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ. Преступление, за которое А. осужден по настоящему приговору, он совершил 04.07.2013, то есть до вынесения приговора по первому делу. При таких обстоятельствах наказание А. следовало назначить по правилам ч. 5 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений, а не приговоров.

Поскольку последствия совершения совокупности преступлений являются более мягкими, чем совершение умышленного преступления лицом, имеющим судимость за ранее совершенное умышленное преступление, суд, назначая наказание по совокупности приговоров, ухудшил положение осужденного.

В связи с этим приговор изменен, на основании ч. 5 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения назначенного наказания с наказанием по приговору от 26.09.2013 окончательно определено 1 год 3 месяца лишения свободы.

Возмещение имущественного ущерба матерью осужденного признано смягчающим наказание обстоятельством

Приговором Когалымского городского суда Н. признан виновным по п. «г» ч. 2 ст. 161 УК РФ к лишению свободы. Апелляционным определением приговор оставлен без изменения.

При назначении Н. наказания суд первой инстанции в качестве смягчающих обстоятельств учел признание вины и активное способствование раскрытию преступления.

Вместе с тем не было учтено то обстоятельство, что в ходе предварительного следствия мать осужденного возместила причиненный ее сыном ущерб – передала деньги в сумме 500 руб. матери потерпевшего, что подтверждается оглашенными показаниями свидетелей в судебном заседании. По мнению президиума суда ХМАО-Югры, указанное свидетельствует о добровольном возмещении имущественного ущерба.

В соответствии с п. «к» ч.1 ст.61 УК РФ смягчающим обстоятельством является, помимо прочих, добровольное возмещение имущественного ущерба и морального вреда, причиненного в результате преступления. Однако суды первой и апелляционной инстанций добровольное возмещение имущественного ущерба не признали в качестве смягчающего обстоятельства и мотивов такого решения не привели.

В этой связи приговор в отношении Н. изменен, признано смягчающим обстоятельством, предусмотренным п. «к» ч.1 ст.61 УК РФ - добровольное возмещение имущественного ущерба, наказание Н. смягчено.

Уголовно-судебный отдел

прокуратуры ХМАО-Югры

Возврат к списку