Печать

ПРАКТИКА КОНСТИТУЦИОННОГО СУДА

РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Конституционный Суд Российской Федерации, рассмотрев по требованию гражданина К. вопрос о возможности принятия его жалобы к рассмотрению, установил следующее.

Постановлением суда от 08.10.2013 неисполненное наказание в виде штрафа, назначенное гражданину К. по приговору суда от 14.10.2011, заменено на лишение свободы. С постановлением о замене штрафа более строгим видом наказания согласились суды апелляционной и кассационной инстанций (апелляционное определение от 10.12.2013 и постановление судьи Верховного Суда Российской Федерации от 04.12.2014).

В своей жалобе К. оспаривает конституционность ч. 2 ст. 32 УИК РФ, которая устанавливает, что в отношении осужденного, злостно уклоняющегося от уплаты штрафа, назначенного в качестве основного наказания, судебный пристав-исполнитель не ранее 10, но не позднее 30 дней со дня истечения предельного срока уплаты, указанного в частях первой и третьей ст. 31 данного Кодекса, направляет в суд представление о замене штрафа другим видом наказания в соответствии с частью пятой ст. 46 УК РФ.

По мнению заявителя, оспариваемая норма противоречит статьям 15-19, 42, 46, 49, 50, 55 (ч.3) и 123 Конституции РФ, поскольку позволяет судебным приставам-исполнителям направлять представление о замене штрафа на иной вид наказания после истечения установленного тридцатидневного срока, а судам принимать такие представления к рассмотрению.

Конституционный Суд РФ, изучив представленные материалы, не нашел оснований для принятия данной жалобы к рассмотрению.

Часть вторая ст. 32 УИК РФ действует в системе правового регулирования, в которой уголовное наказание определяется как мера государственного принуждения, назначаемая по приговору суда (ч. 1 ст. 43 УК РФ), и устанавливается, что вступившие в законную силу приговор, определение, постановление суда обязательны для всех органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений, должностных лиц, других физических и юридических лиц и подлежат неукоснительному исполнению на всей территории Российской Федерации (ч. 1 ст. 392 УПК РФ).

При этом злостное уклонение от уплаты назначенного штрафа (признаки которого определены в ст. 32 УИК РФ) явно свидетельствует о невозможности достижения закрепленных частью второй ст. 43 УК РФ целей наказания - восстановления социальной справедливости, а также исправления осужденного и предупреждения совершения новых преступлений (определения Конституционного Суда РФ от 17.07.2014 N 1794-О и 25.09.2014 N 2178-О).

Соответственно, несоблюдение установленного в ч. 2 ст. 32 УИК РФ срока направления в суд представления о замене штрафа другим видом наказания не предполагает утрату приговором свойства обязательности либо освобождение от отбывания наказания в связи с истечением сроков давности обвинительного приговора суда, которое возможно только в случаях, установленных ст.83 УК РФ.

Таким образом, оспариваемая норма не может расцениваться как нарушающая конституционные права заявителя в указанном им аспекте, а потому его жалоба, как не отвечающая критерию допустимости, закрепленному в Федеральном конституционном законе "О Конституционном Суде Российской Федерации", не может быть принята к рассмотрению.

Определение Конституционного Суда РФ

от 23.06.2015 № 1505-О

ПРАКТИКА ВЫНЕСЕНИЯ

РЕАБИЛИТИРУЮЩИХ РЕШЕНИЙ

Приговором Сургутского районного суда отменен обвинительный приговор мирового судьи в отношении Б., осужденного по ч.1 ст.119 УК РФ, и постановлено новое решение, которым Б. оправдан за отсутствием в его действиях состава преступления.

Б. обвинялся в том, что на почве внезапно возникших личных неприязненных отношений, демонстрируя кухонный нож, высказал в адрес матери жены словесную угрозу убийством, а также причинил ей телесное повреждение в виде ссадины на правой кисти, которая вреда здоровью не повлекла.

Свое решение суд мотивировал тем, что показания подсудимого о том, что в ходе конфликта он потерпевшей убийством не угрожал и нож не демонстрировал, представленными доказательствами не опровергнуты. В судах первой и апелляционной инстанций потерпевшая давала противоречивые показания относительно реальности восприятия угроз убийством, высказанных Б., применения им ножа, того, как она выхватывала нож из рук подсудимого и какие при этом получила телесные повреждения.

Показания потерпевшей подтвердил лишь ее муж, который видел конфликт. При этом другой очевидец преступления факт демонстрации ножа отрицал. Также в апелляционной инстанции были допрошены два свидетеля, которые общались с потерпевшей после скандала, но никаких телесных повреждений у последней не имелось, о ноже она им ничего не рассказывала. Согласно заключению экспертизы телесные повреждения потерпевшей причинены тупыми предметами, что также опровергает ее показания.

ПЕРЕСМОТР СУДЕБНЫХ РЕШЕНИЙ

В АПЕЛЛЯЦИОННОМ ПОРЯДКЕ

Признание доказательств недопустимыми повлекло изменение приговора и снижение осужденному наказания

Сургутским городским судом Г. осужден по ч. 2 ст. 228, ч. 3 ст. 30, п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ к реальному лишению свободы.

Г. признан виновным в покушении на незаконный сбыт наркотиков в крупном размере в г. Сургуте 03.12.2014, а также в незаконном хранении наркотиков в крупном размере, обнаруженных сотрудниками полиции в автомобиле после задержания Г. при проведении в отношении него оперативно-розыскных мероприятий, направленных на изобличение в сбыте наркотиков.

В апелляционных жалобах осужденный и его защитник указывали на недоказанность вины, нарушения уголовного и уголовно-процессуального закона.

Судебная коллегия указала, что проверочная закупка в отношении Г. проведена с нарушением Федерального закона от 12.08.1995 N 144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности», при отсутствии соответствующего постановления, утвержденного руководителем органа, осуществляющего оперативно-розыскную деятельность.

Согласно рапорту начальника отдела ОСО УР (по линии НОН) УМВД России по г. Сургуту, основанием для проведения проверочной закупки послужило заявление Л. об изобличении наркосбытчика Г.

Как установлено в судебном заседании, заявление Л. зарегистрировано в КУСП УМВД РФ по г. Сургуту 03.12.2014 в 14 часов 50 минут. Проверочная закупка проведена в отношении Г. в период времени с 11 часов 35 минут до 14 часов 15 минут.

Вместе с тем в постановлении о проведении проверочной закупки указано, что оно вынесено по результатам рассмотрения материалов КУСП, то есть после 14 часов 50 минут 03.12.2014.

Таким образом, суд апелляционной инстанции сделал вывод о вынесении постановления о проведении проверочной закупки после фактического её проведения, в связи с чем доказательства, полученные в результате такого ОРМ, не могут признаны допустимыми и положены в основу обвинения.

Также из объема осуждения исключено указание на незаконное приобретение наркотических средств Г., поскольку кроме его показаний, от которых он отказался в судебном заседании, иных доказательств, указывающих на конкретное время, дату и место приобретения осужденным наркотиков, материалы уголовного дела не содержат.

Кроме того, апелляционной инстанцией исключено отягчающее наказание обстоятельство - совершение преступления в состоянии наркотического опьянения. По смыслу ч.4 ст.7 УПК РФ и ч.1.1 ст.63 УК РФ выводы суда о признании совершения преступления в состоянии опьянения, вызванного употреблением наркотических средств, в качестве обстоятельства, отягчающего наказание, должны быть мотивированы в приговоре. Фактическое нахождение виновного в момент совершения преступления в состоянии опьянения само по себе не является основанием для признания данного обстоятельства отягчающим.

В связи с этим уголовное дело в части осуждения Г. по ч.3 ст.30, п. «г» ч.4 ст.228.1 УК РФ прекращено за отсутствием в действиях состава преступления, исключен признак незаконного приобретения наркотических средств по ч.2 ст.228 УК РФ, а также отягчающее обстоятельство - совершение преступления в состоянии наркотического опьянения, наказание снижено.

Вопреки доводам осужденного оснований

для назначения условной меры наказания не установлено

Ханты-Мансийским районным судом Н. осужден по ч. 1 ст. 318 УК РФ к 1 году лишению свободы с отбыванием в колонии общего режима.

Н. осужден за применение насилия, не опасного для жизни и здоровья, в отношении представителя власти в связи с исполнением им своих должностных обязанностей.

Приговор постановлен в особом порядке судебного разбирательства.

В апелляционной жалобе осужденный Н., ссылаясь на чрезмерно суровое наказание, указал, что судом не учтено нахождение на его иждивении матери пенсионерки, находящейся на инвалидности и нуждающейся в постоянном уходе. Сам он также нуждается в лечении, в связи с имеющимся заболеванием. Ранее не судим.

Как указала апелляционная инстанция, наказание осужденному Н. назначено в соответствии с требованиями ст. 60 УК РФ, с учетом характера и степени общественной опасности преступления, данных о личности виновного, влияния назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

При этом судом первой инстанции принято во внимание его семейное положение и имеющееся заболевание, что как личность он характеризуется в целом посредственно. Смягчающим наказание обстоятельством признано наличие малолетнего ребенка, а отягчающим - совершение преступления в состоянии алкогольного опьянения.

Размер и вид наказания определен в соответствии с требованиями ч.3 ст. 60 УК РФ, ч. 7 ст. 316 УПК РФ, с соблюдением принципа справедливости и соразмерности. Выводы суда о назначении Н. наказания в виде реального лишения свободы обоснованы и мотивированы в приговоре.

В связи с чем судебной коллегией оснований для изменения приговора по доводам апелляционной жалобы не установлено.

Доводы осужденного о суровости назначенного наказания признаны несостоятельными

Нижневартовским городским судом П. осужден по ч. 1 ст. 314.1 УК РФ к 8 месяцам лишения свободы, на основании ч. 5 ст. 69 УК РФ - к 6 годам 8 месяцам лишения свободы с отбыванием наказания в колонии особого режима.

П. признан виновным в злостном уклонении от административного надзора, т.е. неприбытии без уважительных причин лица, в отношении которого установлен административный надзор при освобождении из мест лишения свободы, к избранному им месту жительства или пребывания в определенный администрацией исправительного учреждения срок, совершенный в целях уклонения от административного надзора.

Приговор постановлен в особом порядке судебного разбирательства.

Апелляционной инстанцией оснований для смягчения осужденному наказания не установлено.

При определении П. меры наказания судом первой инстанции учтены все обстоятельства дела, характер и степень общественной опасности совершенного преступления, личность виновного, который характеризуется по прежнему месту регистрации и месту отбывания наказания отрицательно, вину признал полностью, в содеянном раскаялся, совершил преступление, относящееся к категории небольшой тяжести. Также судом учтены смягчающее обстоятельство - раскаяние в содеянном и отягчающее - рецидив преступлений. Вид исправительного учреждения назначен правильно.

При таких обстоятельствах приговор суда является законным и обоснованным, а наказание справедливым.

Приговор изменен с усилением назначенного осужденному наказания

Когалымским городским судом П. осужден по ч. 1 ст. 105 УК РФ за убийство М. к 9 годам лишения свободы с отбыванием наказания в колонии строгого режима.

Судебная коллегия указала, что фактические обстоятельства дела судом установлены правильно, действиям осужденного дана верная юридическая оценка.

Вместе с тем при назначении наказания П. суд первой инстанции, как обоснованно указано в апелляционном представлении прокурора, допустил нарушение требований закона.

Согласно обвинительному заключению и приговору у П. отягчающих наказание обстоятельств не установлено. Вместе с тем суд указал, что судимость П. по предыдущему приговору не погашена, поскольку штраф в размере 5 000 руб. не уплачен. После чего без какой-либо мотивировки и обоснований в описательно-мотивировочной части приговора суд указал об отсутствии отягчающих обстоятельств и назначил наказание без учета рецидива, несмотря на то, что в соответствии с требованиями ч. 5 ст. 18 УК РФ рецидив преступлений влечет более строгое наказание.

Апелляционной инстанцией из описательно-мотивировочной части приговора исключено указание на отсутствие отягчающих обстоятельств, признан таковым рецидив преступлений, наказание усилено.

Приговор изменен в связи с неверной юридической

оценкой действий осужденного

Сургутским городским судом И. осужден по ч. 2 ст. 228 УК РФ к 3 годам лишения свободы с отбыванием наказания в колонии общего режима.

Приговор постановлен в особом порядке судебного разбирательства.

Действия осужденного квалифицированы как незаконные приобретение и хранение без цели сбыта наркотических средств в крупном размере.

Однако, как установлено в приговоре, наркотическое средство И. приобрел в неустановленное следственным органом время, но до 12 часов 50 минут 10.07.2015, в неустановленном месте в г. Сургуте, у неустановленного лица.

Поскольку органами следствия не установлены и в приговоре не указаны время, место и обстоятельства их приобретения, судебной коллегией в соответствии с доводами апелляционного представления осуждение И. за незаконное приобретение наркотических средств признано незаконным и исключено из приговора.

Судебная коллегия исходила из того, что для пересмотра постановленного в особом порядке приговора не требуется исследования собранных по делу доказательств и фактические обстоятельства, связанные с хранением И. наркотических средств, не изменяются.

Судебное решение признано соответствующим

требованиям закона

Няганским городским судом удовлетворено ходатайство следователя о продлении меры пресечения в виде заключения под стражу С., обвиняемому в совершении преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 290, п. «а» ч. 5 ст. 290 УК РФ, т.е. в получении должностным лицом взятки за совершение незаконных действий, в том числе группой лиц по предварительному сговору.

Суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что в рассматриваемом случае необходимые условия для продления срока содержания под стражей соблюдены.

С. обвиняется в совершении особо тяжкого и тяжкого преступлений, за которые предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок до 12 лет. Тяжесть преступлений в совокупности с тем, что он состоял на службе в органах внутренних дел, дают основания полагать, что в случае избрания в отношении него иной более мягкой меры пресечения, он может продолжить заниматься преступной деятельностью и скрыться от органов предварительного расследования под страхом возможного наказания. С. от дачи показаний отказался. По уголовному делу в настоящее время допрошены не все свидетели и имеются веские основания полагать, что С. может оказать давление на них и воспрепятствовать производству по делу.

При указанных обстоятельствах суд первой инстанции верно признал несостоятельными доводы защиты о том, что отпала необходимость содержания С. под стражей, так как оснований для изменения меры пресечения не имеется.

Судебное решение является мотивированным, не содержит нарушений норм закона и соответствуют требованиям, предусмотренным ст.ст. 97, 99, 101 и 108 УПК РФ.

Оснований для отмены судебного решения

не установлено

Сургутским городским судом возвращено прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ уголовное дело в отношении И.

В обоснование принятого решения суд первой инстанции указал на то, что действия И. следственным органом квалифицированы по ч.3 ст.30, ч.5 ст.228.1 УК РФ как покушение на незаконный сбыт наркотических средств, совершенный группой лиц по предварительному сговору, в особо крупном размере, если при этом преступление не было доведено до конца по независящим от этого лица обстоятельствам.

В ходе предварительного следствия с обвиняемым И. заместителем прокурора г. Сургута в порядке, предусмотренном гл. 40.1 УПК РФ, было заключено досудебное соглашение о сотрудничестве, в рамках которого И., среди прочего обязался изобличить соучастников преступления. Данное досудебное соглашение о сотрудничестве расторгнуто не было.

Обвинительное заключение по уголовному делу утверждено заместителем прокурора г. Сургута 25.08.2015.

Вместе с материалами уголовного дела и обвинительным заключением в суд направлено постановление заместителя прокурора г. Сургута «об отказе от внесения представления об особом порядке проведения судебного заседания и вынесения судебного решения по уголовному делу», в котором указано, что обвиняемый И. не выполнил свои обязательства по заключённому с ним досудебному соглашению о сотрудничестве, а данные им показания «не позволили органам предварительного следствия установить соучастников преступления».

Указанное постановление прокурора датировано 24.08.2015. При этом в нём имеется ссылка на утверждение прокурором 25.08.2015 обвинительного заключения, из чего суд сделал вывод о том, что постановление «об отказе от внесения представления об особом порядке проведения судебного заседания и вынесения судебного решения по уголовному делу» прокурором вынесено либо «задним» числом, либо без фактического принятия 24.08.2015 решений, предусмотренных п.1 ч.1 ст.221 и ст.317.5 УПК РФ, что влечёт юридическую несостоятельность обоих вышеуказанных процессуальных документов.

Кроме того, судом установлено, что из предъявленного И. обвинения следует, что его действия следственным органом квалифицированы как единое, совершённое в соучастии преступление. При этом конкретные, фактические действия каждого из соучастников при выполнении ими объективной стороны вменённого И. преступления в постановлении о привлечении в качестве обвиняемого и в обвинительном заключении не сформулированы: действия неустановленных соучастников преступления «Орифа», «Умида» и «Али» следователем указаны лишь в общем плане, без описания их применительно к конкретным обстоятельствам события преступления, действиям обвиняемого И., который, как сформулировано в фабуле обвинительного заключения, имея умысел на незаконный сбыт наркотических средств, в неустановленное время в неустановленном месте у неустановленного лица незаконно приобрёл наркотические средства, которые в последующем были изъяты сотрудниками полиции. Такая неконкретизированность обвинения лишает обвиняемого возможности знать, в чём он конкретно обвиняется, и защищаться от предъявленного обвинения любыми средствами и способами, не запрещёнными законом.

Допущенные процессуальные нарушения при производстве предварительного следствия и составления обвинительного заключения по уголовному делу являются существенными, ограничивают право обвиняемого на защиту, исключают возможность постановления приговора или иного итогового судебного решения.

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции счел постановление суда законным и обоснованным, а доводы апелляционного представления относительно незаконности оспариваемого решения - несостоятельными и не подлежащими удовлетворению.

Доводы заявителя о незаконности постановления

следователя признаны несостоятельными

Ханты-Мансийским районным судом Т. отказано в удовлетворении жалобы в порядке ст.125 УПК РФ о признании незаконным и необоснованным постановления следователя СО МОМВД России «Ханты-Мансийский» о возбуждении в отношении нее уголовного дела по п. «в» ч.3 ст.158 УК РФ.

В апелляционной жалобе Т. просила судебное решение отменить, поскольку суд не дал всем обстоятельствам должной оценки. При этом указала, что копия постановления о возбуждении уголовного дела была ею получена по почте; материалы проверки не содержат достаточных данных, свидетельствующих о совершении ею преступления. В связи с возбуждением в отношении неё уголовного дела, она претерпевает моральные и нравственные страдания. Не согласна с выводом суда о том, что ею поставлен вопрос о виновности или не виновности в инкриминируемом преступлении. Считает, что её конституционные права нарушены, так как она необоснованно привлечена к уголовной ответственности.

Вопреки доводам жалобы из представленных материалов следует, что суд первой инстанции тщательно исследовал все вопросы, подлежащие выяснению и оценке при проверке законности возбуждения уголовного дела.

Судом запрошены и исследованы материалы уголовного дела, постановление о возбуждении уголовного дела, которое вынесено следователем, то есть компетентным лицом, в рамках его должностных полномочий, предусмотренных уголовно-процес-суальным законом. Поводом для возбуждения уголовного дела послужили материалы проверки КУСП по заявлению Б., то есть предусмотренное п.1 ч. 1 ст.140 УПК РФ - заявление о преступлении. В соответствии с ч.2 ст.140 УПК РФ, основанием для возбуждения уголовного дела послужили материалы проверки, содержащих наличие достаточных данных, указывающих на признаки преступления.

Суд обоснованно указал, что доводы жалобы Т. содержат оценку доказательств уголовного дела и квалификации деяний.

Между тем, в соответствии с п.1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 10.02.2009 № 1 «О судебной практике рассмотрения судами жалоб в порядке статьи 125 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации», при проверке законности и обоснованности решений и действий (бездействия) дознавателя, следователя, руководителя следственного отдела и прокурора судья не должен предрешать вопросы, которые впоследствии могут стать предметом судебного разбирательства по существу уголовного дела. В частности, судья не вправе делать выводы о фактических обстоятельствах дела, об оценке доказательств и квалификации деяния.

Жалоба не содержит каких-либо сведений о причинении ущерба ее конституционным правам и свободам, а также не указано, в чем именно затруднен доступ заявителя к правосудию, поэтому оснований для удовлетворения жалобы не имеется.

Выводы суда соответствуют фактическим данным, подробно изложены в постановлении, обоснованы, мотивированы. Оснований для отмены постановления по доводам апелляционной жалобы не установлено.

Отказ в принятии к рассмотрению ходатайства осужденного признан необоснованным

Сургутским городским судом отказано осужденному Г. в принятии к рассмотрению его ходатайства о приведении приговоров в соответствие с изменениями в законе.

В соответствии с п. 13 ст. 397 УПК РФ суд рассматривает вопросы об освобождении от наказания или о смягчении наказания вследствие издания уголовного закона, имеющего обратную силу.

Согласно ст. 10 УК РФ уголовный закон, устраняющий преступность деяния, смягчающий наказание или иным образом улучшающий положение лица, совершившего преступление, имеет обратную силу, т.е. распространяется на лиц, совершивших преступное деяние до вступления такого закона в силу.

Г. отбывает наказание по приговору Сургутского городского суда от 17.02.2015, который вынесен после изменений УК РФ федеральными законами № 162-ФЗ от 08.12.2003, № 26-ФЗ от 07.03.2011, № 420-ФЗ от 07.12.2011.

По приговорам Сургутского городского суда от 28.04.2007 и 17.09.2008 Г. осужден за совершение преступлений, относящихся к категории небольшой тяжести и тяжких. Освобожден 09.08.2012 по отбытию наказания. Преступления не декриминализированы. Срок погашения судимости по указанным приговорам в соответствии с п. «г» ч. 3 ст. 86 УК РФ составляет 6 лет после отбытия наказания. На момент совершения Г. преступления по приговору от 17.02.2015 судимость погашена не была. В связи с чем суд первой инстанции не усмотрел оснований для внесения изменений в исполненные приговоры.

При этом суд первой инстанции пришел к выводу, что при данных обстоятельствах необходимо отказать заявителю в принятии его ходатайства и рассмотрению его по существу. Вместе с тем, как следует из обжалуемого постановления, суд фактически рассмотрел данное ходатайство. Однако вместо отказа в его удовлетворении принял необоснованное решение об отказе в принятии его к производству. Но заявленное ходатайство подлежало рассмотрению по существу и в его удовлетворении судом должно быть отказано, или же оно должно быть удовлетворено. По указанным основаниям постановление суда апелляционной инстанцией отменено, материал направлен на новое судебное разбирательство.

ПЕРЕСМОТР СУДЕБНЫХ РЕШЕНИЙ

В КАССАЦИОННОМ ПОРЯДКЕ

Осуждение за перевозку наркотических средств

исключено из приговора, постановленного в особом порядке

Приговором Нефтеюганского районного суда Р. осужден по ч.2 ст.228 УК РФ за незаконные приобретение, хранение и перевозку наркотических средств в крупном размере.

Уголовное дело рассмотрено в порядке гл.40 УПК РФ при согласии обвиняемого с предъявленным обвинением.

Судом установлено, что Р. 19.11.2014, находясь в г.Нефтеюганске, заказал для личного употребления наркотическое средство – α-PVP (α-пирролидиновалерофенон), относящееся к производному наркотического средства – N-метилэфедрон, массой не менее 1,58 гр., которое 20.11.2014 около 01 часа 30 минут забрал в г.Сургуте и в тот же день на своем автомобиле без цели сбыта перевозил по промысловой дороге в Нефтеюганском районе, храня его при себе и в автомобиле до того, как 20.11.2014 в период времени с 03 часов 10 минут до 04 часов 38 минут был задержан сотрудниками полиции, а наркотическое средство изъято.

Изменяя квалификацию действий Р., президиум суда округа указал, что в соответствии с п.8 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.06.2006 №14 «О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с наркотическими средствами, психотропными, сильнодействующими и ядовитыми веществами» вопрос о наличии в действиях лица состава преступления - незаконной перевозки без цели сбыта и об отграничении указанного состава преступления от незаконного хранения без цели сбыта наркотического средства во время поездки должен решаться судом в каждом конкретном случае с учетом направленности умысла, фактических обстоятельств перевозки, количества, размера, объема наркотических средств, места их нахождения, а также других обстоятельств дела.

Как следует из материалов дела и установлено судом, наркотическое средство Р. приобрел для личного употребления, а его поездка с указанным средством на автомобиле от места приобретения до места задержания по смыслу закона охватывается понятием незаконного хранения без цели сбыта во время поездки.

При таких обстоятельствах из квалификации действия Р. исключено осуждение за незаконную перевозку наркотических средств, а назначенное наказание – смягчено.

Осуждение по признаку совершения преступления

группой лиц исключено из приговора,

постановленного в особом порядке

Приговором Советского районного суда М. и Г., помимо прочего, осуждены по п. «а» ч.2 ст.116 УК РФ за то, что находясь в кафе «PizzaLand», совместно с иным лицом из хулиганских побуждений каждый нанесли по несколько ударов ранее им незнакомому Ш.

Их действия квалифицированы как нанесение побоев, причинивших физическую боль, но не вызвавших кратковременное расстройство здоровья или незначительную стойкую утрату общей трудоспособности, совершенных из хулиганских побуждений, группой лиц.

Вместе с тем диспозиция статьи 116 УК РФ не предусматривает такого квалифицирующего признака как совершение преступления группой лиц.

По смыслу закона в случае, когда объективные и субъективные признаки деяния, а также данные о личности виновного, повышающие общественную опасность конкретного преступления, выходят за пределы состава преступления, они могут учитываться как отягчающие обстоятельства, перечень которых приведен в ст.63 УК РФ, что и было сделано судом в обжалуемом приговоре – одновременно с квалификацией действий М. и Г. по п. «а» ч.2 ст.116 УК РФ по признаку совершения преступления группой лиц по факту нанесения побоев потерпевшему Ш. отягчающим обстоятельством обоим осужденным признано совершение преступления в составе группы лиц.

При таких обстоятельствах из квалификации действий М. и Г. по п. «а» ч.2 ст.116 УК РФ исключено указание на совершение преступления группой лиц.

Кроме того, президиумом суда округа М. изменен вид исправительного учреждения.

Так, в соответствии с п. «в» ч.1 ст.58 УК РФ исправительная колония строгого режима назначается для отбывания наказания мужчинам при рецидиве преступлений в случае, если осужденный ранее отбывал лишение свободы.

Вместе с тем, как следует из материалов дела, М. ранее судим приговором Советского районного суда от 09.06.2014 к 3 годам 6 месяцам лишения свободы с отбыванием наказания в колонии-поселении, однако к месту отбывания наказания самостоятельно не прибыл, а задержан 07.12.2014 после совершения очередного преступления. Таким образом, М. на момент совершения преступлений, за которые он осужден последним приговором, не приступил к отбытию наказания в виде лишения свободы по предыдущему приговору.

В соответствии с п. "ж" п. 12 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.05.2014 № 9 "О практике назначения и изменения судами видов исправительных учреждений" не может рассматриваться как ранее отбывавшее наказание в виде лишения свободы лицо, уклонившееся от получения предписания о порядке следования к месту отбывания наказания самостоятельно на основании статьи 75.1 УИК РФ по вступившему в законную силу приговору либо получившее данное предписание, но не прибывшее в колонию-поселение.

При таких обстоятельствах вид исправительного учреждения, назначенного М. приговором суда, изменен с исправительной колонии строгого режима на исправительную колонию общего режима.

Уголовное дело по ч.1 ст.131 УК РФ прекращено в связи с отсутствием

в деянии состава преступления

Приговором Ханты-Мансийского районного суда Н. осужден по ч.1 ст.116, ч.1 ст.116, ч.1 ст.11, ч.5 ст.33, п. «а» ч.2 ст.131, ч.5 ст.33, п. «а» ч.2 ст.132, ч.1 ст.131 УК РФ к 4 годам 6 месяцам лишения свободы со штрафом 40000 рублей с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима. Этим же приговором осужден И.

Н. и И. признаны судом виновными в совершении преступлений в отношении К. и Г.: находясь в кафе «Н» в г.Ханты-Мансийске Н. в ходе словесного конфликта нанес удар рукой по лицу К., после чего братья Ю. из-за ранее возникших неприязненных отношений насильно привели К. в кабинет директора кафе Н., где нанесли ей телесные повреждения по различным частям тела каждый. После этого нанесли не менее двух ударов руками по различным частям тела Г., которая пыталась прекратить противоправные действия братьев Ю. и Н. Затем братья Ю. группой лиц с применением насилия и угрозой его применения в отношении К. совершили с ней насильственные половые акты и действия сексуального характера. И., присутствующий при этом, с целью удовлетворения своих сексуальных потребностей, присоединился к Ю., в группе с которыми с применением насилия совершил в отношении К. насильственные действия сексуального характера. Н., предоставив свой кабинет, создал условия, способствующие беспрепятственному совершению в отношении К. указанных преступлений. Кроме того, Н. используя подавленное состояние Г., вызванное применением в отношении нее насилия и совершением преступлений в отношении К., очевидцем которых она являлась, против воли последней, увез ее домой, где насильно вступил с ней в половой акт.

Кассационная инстанция пришла к выводу, что в действиях Н. по эпизоду вступления в половую связь с Г. у него дома отсутствует состав преступления, предусмотренного ч.1 ст.131 УК РФ.

Так, президиум указал, что в квартире Н. потерпевшую Г. никто не принуждал к совершению полового акта. Г. показала, что вступила в половой акт с Н., так как была напугана случившимся в кафе, в квартире Н. насилия к ней не применял.

Материалами дела установлено, что между действиями, произошедшими в кафе, где Н. не принуждал Г. вступать с ним в половую связь и не высказывал угроз применения насилия в случае отказа, и половым актом в квартире Н. имеется промежуток во времени, при этом Г. в квартиру насильно не заводили.

При таких обстоятельствах в действиях Н. отсутствует состав преступления, предусмотренного ч.1 ст.131 УК РФ. Субъективное мнение потерпевшей Г. о возможном применении к ней насилия в случае отказа от полового сношения с Н. не может расцениваться как оконченный состав изнасилования.

Назначение наказания без учета положений

ст.ст.60,62,64,66 УК РФ повлекло его смягчение

Приговором Нефтеюганского районного суда Х. осужден по п.п. «а», «г» ч.4 ст.228.1 (2 преступления), ч.3 ст.30, п.п. «а», «г» ч.4 ст.228.1 (4 преступления), ч.3 ст.30, п. «а» ч.4 ст.228.1, ч.1 ст.30, п.п. «а», «г» ч.4 ст.228.1 УК РФ, с применением при назначении наказания за каждое преступление ст.64 УК РФ, к 3 годам 6 месяцам лишения свободы со штрафом в размере 10.000 рублей с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Уголовное дело в отношении Х. рассмотрено в особом порядке при заключении обвиняемым досудебного соглашения о сотрудничестве.

Апелляционным определением приговор изменен, Х. усилено наказание за каждое из преступлений, в том числе по ч.1 ст.30, п.п. «а», «г» ч.4 ст.228.1 УК РФ с применением ст. 64 УК РФ до 5 лет лишения свободы, на основании ч.3 ст.69 УК РФ по совокупности преступлений окончательно определено 7 лет лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Изменяя апелляционное определение, суд кассационной инстанции указал, что при назначении наказания Х. смягчающими обстоятельствами признаны раскаяние в содеянном, активное способствование раскрытию и расследованию преступлений, изобличение соучастников преступной группы и неоднократное изобличение сбытчиков наркотических средств. Отягчающих обстоятельств не установлено. Учитывая активную роль Х. в изобличении участников группы, выявление скрытых преступлений, судом при назначении наказания применены положения ст.64 УК РФ, с чем суд апелляционной инстанции согласился.

Вместе с тем судом апелляционной инстанции при усилении Х. наказания по ч.1 ст.30, п.п. «а»,«г» ч.4 ст.228.1 УК РФ допущены нарушения требований Общей части УК РФ.

Санкция ч.4 ст.228.1 УК РФ предусматривает наказание в виде лишения свободы на срок от 10 до 20 лет. С учетом требований ч.2 ст.66 и ч.2 ст.62 УК РФ, регламентирующих назначение наказания за приготовление к преступлению при заключении досудебного соглашения о сотрудничестве, назначенное Х. по ч.1 ст.30, п.п. «а», «г» ч.4 ст.228.1 УК РФ наказание в виде 5 лет лишения свободы является максимально возможным.

С учетом того, что у Х. признано наличие смягчающих обстоятельств, фактически наказание за это преступление назначено без их учета. Кроме того, также фактически не применена ст.64 УК РФ. Мотивов принятого решения о назначении максимального наказания в апелляционном определении не приведено.Указанные обстоятельства послужили основанием для смягчения наказания по ч.1 ст.30, п.п. «а», «г» ч.4 ст.228.1 УК РФ и по совокупности преступлений.

Ошибки при признании в действиях

лица рецидива преступлений

Приговором Мегионского городского суда В., ранее трижды судимый, осужден по п.п. «а», «в» ч.2 ст.163, ч.1 ст.158, ст.70 УК РФ к 3 годам 6 месяцам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Изменяя приговор, президиум указал, что согласно п. «б» ч.4 ст.18 УК РФ при признании рецидива не учитываются судимости за преступления, совершенные лицом в возрасте до 18 лет.

Преступления, за которые В. осужден приговорами от 07.08.2002 и от 29.04.2004, совершены им в несовершеннолетнем возрасте, в связи с чем не могли учитываться при признании в действиях лица рецидива преступлений. Эти судимости, кроме того, погашены в соответствии с положениями п. «в» ст.95 УК РФ, поэтому не должны были указываться во вводной части обжалуемого приговора.

Судимость по приговору от 17.07.2012 также не могла быть учтена при признании в действиях В. рецидива преступлений, поскольку преступления по последнему приговору совершены им до вынесения приговора от 17.07.2012 и до отмены условного осуждения по нему.

В силу вышеизложенного в действиях В. отсутствует рецидив преступлений, поэтому указание на это отягчающее обстоятельство исключено из приговора, наказание за совершенные преступления и на основании ст.70 УК РФ снижено, а вид исправительного учреждения изменен с исправительной колонии строгого режима на колонию общего режима.

Уголовно-судебный отдел

прокуратуры ХМАО-Югры

Возврат к списку