Печать

1. Судебная практика по делам о выселении.

На одно жилое помещение, даже состоящее из нескольких изолированных комнат, не может быть заключено два и более самостоятельных договоров социального найма.

Судом первой инстанции удовлетворены исковые требования Ф. и Я. к администрации г.Нягани о признании за каждым отдельного права пользования жилыми помещениями 12 кв.м. и 48 кв.м. на условиях договора социального найма.

Требования мотивированы тем, что в 1999 году Ф. по месту работы на состав семьи из 7 человек предоставлено жилое помещение в общежитии, общей площадью 60 кв.м. В 2005 году Я.после расторжения брака с Ф. заняла комнату площадью 12 кв. метров с отдельным входом.

Ф. проживает со своей семьей в отдельном жилом помещении площадью 48 кв.м. При этом между истцами по согласованию с администрацией г.Нягани было заключено соглашение о порядке оплаты жилищно-коммунальных услуг за спорное жилое помещение. Однако администрация г.Нягани отказалась заключить договоры социального найма на спорное жилое помещение.

Поскольку общежитие передано ОАО «Кондпетролиум» в муниципальную собственность с проживающими в нем жильцами суд первой инстанции на основании ст. 7 Федерального закона «О введении в действие Жилищного кодекса Российской Федерации» обоснованно пришел к выводу, что между истцами и Администрацией г. Нягани сложились правоотношения по пользованию спорным жилым помещением на условиях договора социального найма.

Между тем, удовлетворяя первоначальные требования Ф. и Я., суд полагал, что право пользования спорным жилым помещением на условиях договора социального найма возникло у каждого из них на отдельные жилые комнаты, так как истцы проживают раздельно, членами одной семьи не являются, не ведут совместного хозяйства, длительное время пользуются изолированными жилыми помещениями, разделенными друг от друга, с отдельными входами.При данных обстоятельствах суд возложил на Администрацию г. Нягани обязана заключить с истцами и членами их семей договоры социального найма на раздельные помещения.

Судебная коллегия по гражданским делам суда ХМАО-Югры с выводами суда не согласилась.

Согласно ст. 82 Жилищного кодекса РФ граждане, проживающие в одной квартире, пользующиеся в ней жилыми помещениями на основании отдельных договоров социального найма и объединившиеся в одну семью, вправе требовать заключения с кем-либо из них одного договора социального найма всех занимаемых ими жилых помещений.

Предъявляя требования о признании права пользования спорными помещениями как отдельными объектами, истцы, по сути, ставят вопрос об изменении существующего договора социального найма путем расторжения данного договора и заключения двух новых договоров.

Между тем, положения указанных норм права не предусматривают прекращения или изменения договора социального найма, при котором единый предмет договора социального найма, состоящий из нескольких изолированных жилых помещений, может быть разделен между обладателями прав пользования данным жилым помещением.

Сложившийся между бывшими членами семьи нанимателя жилого помещения порядок пользования жилым помещением правового значения по делу не имеет.

При таких обстоятельствах первоначальные требования истцов Ф. и Я. о признании права пользования жилым помещением не подлежали удовлетворению.

2. Судебная практика по делам о восстановлении на службе.

Привлечение сотрудника органов внутренних дел к дисциплинарной ответственности за совершение порочащего проступка является самостоятельным основанием для расторжения контракта

Рымашевский В.С. обратился в суд с иском о восстановлении на службе, ссылаясь на то, что проходил службу в органах внутренних дел и былбез достаточных оснований освобожден от должности и уволен за совершение проступка, порочащего честь сотрудника ОВД. Полагает, что законных оснований для увольнения не имелось.

Представитель ОМВД возражая против иска, указал, чтопричиной увольненияистца послужило заключение служебной проверки, по результатам которой установлен факт совершения истцом проступка, порочащего честь сотрудника полиции. А именно, являясь сотрудником ОМВД, на стационарном посту полиции Рымашевский B.C. применил в отношении задержанного гражданина порошковый огнетушитель, в результате чего гражданин получил химический ожог глаз. Работодатель расценил вышеуказанное поведение грубым нарушением служебной дисциплины. По факту причинения гражданину вреда здоровью проведена проверка, материалы которой, зарегистрированные в КУСП ОП№2 УМВД России по г. Сургуту и направлены в следственный отдел по г. Сургуту следственного управления следственного комитета РФ по ХМАО-Югре для решения вопроса о возбуждении уголовного дела.

Разрешая спор и удовлетворяя заявленные требования, суд первой инстанции посчитал заключение служебной проверки незаконным, поскольку выводы служебной проверки о возможности увольнения Рымашевского B.C. за грубое нарушение служебной дисциплины были сделаны работодателем преждевременно, без сведений о привлеченииРымашевского B.C. к уголовной ответственности за применение огнетушителя к гражданину. При этом суд не установил ни на момент проведения служебной проверки, ни в ходе рассмотрения дела степень тяжести причиненных гражданину телесных повреждений.

Прокурор г. Сургута с такими выводами суда не согласился и принес апелляционное представление.

Удовлетворяя апелляционное представление, суд округа в определении указал, суд первой инстанции пришел к ошибочному мнению, что истец был привлечен к дисциплинарной ответственности за совершение преступления и основал свои дальнейшие выводы наличием либо отсутствием состава преступления в действиях истца: причинно-следственная связь между действиями истца и наступившими последствиями в виде телесных повреждений, степень тяжести телесных повреждений, доказанность наступления последствий в виде телесных повреждений именно от неправомерных действий истца.

Достаточным для привлечения истца к дисциплинарной ответственности в данном случае является совершение сотрудником виновного действия (бездействия), повлекшего за собой нарушение прав и свобод человека и гражданина, возникновение угрозы жизни и (или) здоровью людей, независимо от последствий в виде телесных повреждений какой-либо степени тяжести. Применение без достаточных к тому оснований в отношении административно-задержанного, находящегося в изолированном помещении, порошкового огнетушителя, с направлением струи в лицо задержанному, является таким нарушением прав и свобод гражданина и создает угрозу его жизни и здоровью.

Истцом применение огнетушителя в отношении гражданина не опровергается, медицинскими документами подтверждается обнаружение у последнего гематом в области глаз от пневмоудара и химический ожог слизистых оболочек глаз.

При таких обстоятельствах наличие грубого нарушения служебной дисциплины в действиях Рымашевского В.С. сомнений не вызывает.

Служебная проверка проведена в соответствии с требованиями закона, каких-либо нарушений в отношении истца при проведении проверки не установлено, сроки применения дисциплинарного взыскания ответчиком не нарушены.

Таким образом, у ответчика имелись основания для увольнения истца со службы в органах внутренних дел.

3. Судебная практика по искам прокуроров.

Нарушение процедуры увольнения является основанием для восстановления работника в прежней должности

Югорский межрайонный прокурор обратился в суд в интересах Кривцова С.Н.с иском к автономному учреждению ХМАО-Югры «Советская районная больница» (далее по тексту -Больница), мотивировав тем, что по результатам проверки установлены факты нарушения трудовых прав гражданина.

Прокурор установил и указал в иске, что истец принят на работу с испытательным сроком на 2 месяца. Приказом ответчика истцу объявлен выговор за ненадлежащее исполнение трудовых обязанностей, возложенных п. 2.1, п. 2.9, п. 2.4. должностной инструкции. В связи с наличием дисциплинарного взыскания ответчиком сделан вывод о неудовлетворительном прохождении работником испытательного срока и истец уволен по ч. 1 ст. 71 Трудового кодекса РФ.

Однако ответчиком нарушен порядок увольнения. В уведомлении о расторжении трудового договора отсутствуют сведения об ознакомлении с ним работника, акт об отказе от ознакомления не содержит дату его составления.

Отказывая в удовлетворении требованийпрокурора, суд не усмотрел нарушений трудовых прав истца при увольнении.Отсутствие доказательств уведомления истца о предстоящем увольнении не позднее, чем за три дня до расторжения трудового договора, является несущественным и не может служить основанием для признания увольнения незаконным, так как не повлекло для истца каких-либо последствий.

Югорским межрайонным прокурором решение обжаловано.

В силу ч. 1 ст. 71 Трудового кодекса Российской Федерации при неудовлетворительном результате испытания работодатель имеет право до истечения срока испытания расторгнуть трудовой договор с работником, предупредив его об этом в письменной форме не позднее чем за три дня с указанием причин, послуживших основанием для признания этого работника не выдержавшим испытание.

Расторжение трудового договора по указанным основаниям относится к расторжению трудового договора по инициативе работодателя. Соответственно, последний обязан в письменной форме указать причины, послужившие основанием для признания работника не выдержавшим испытание.

Положения указанной нормы закона об установлении срока предварительного уведомления работника о предстоящем увольнении и указании в уведомлении причин, послуживших основанием для признания работника не выдержавшим испытание, направлены на обеспечение работнику возможности аргументировано выразить свои возражения по существу высказанных претензий и определить свое дальнейшее поведение в данной ситуации.

Поскольку в материалах дела отсутствуют достоверные доказательства уведомления истца о предстоящем увольнении не позднее, чем за три дня до расторжения трудового договора, увольнение истца с нарушением установленного порядка нельзя признать законным и обоснованным.

Суд округа согласился с апелляционным представлением и отменил решение суда, удовлетворив иск о восстановлении Кривцова С.Н. на работе.

4. Судебная практика по делам об установлении административного надзора.

При установлении срока административного надзора суду необходимо исходить из срока погашения судимости, действовавшего на момент совершения преступления, а не на момент рассмотрения административного дела.

Решение Сургутского городского суда от 01.02.2017в отношении Г.Д.Н., имеющего непогашенную судимость за совершение тяжкого преступления при опасном рецидиве, установлен административный надзор на срок 8 лет с возложением ряда административных ограничений.

Ханты-Мансийский межрайонный прокурор по надзору за соблюдением законов в исправительных учреждениях, не оспаривая обоснованность установления надзора, в апелляционном представлении просилизменить указанное решение и снизить срок административного надзора на 2 года, поскольку действующей на момент совершения преступления редакции законасрок погашения судимости за тяжкое преступление составлял 6 лет.

Судебная коллегия по административным делам суда ХМАО-Югры, соглашаясь с доводами прокурора, указала, что в соответствии со ст. 3 Федерального закона от 06.04.2011 № 64-ФЗ «Об административном надзоре за лицами, освобожденными из мест лишения свободы» административный надзор устанавливается судом в отношении лиц, имеющих непогашенную судимость за совершение тяжкого преступления при опасном рецидиве, на срок до погашения судимости.

Суд первой инстанции при вынесении решения установил срок административного надзора с учетом действующей с 03.08.2013 редакции закона, устанавливающей срок погашения судимости за совершение тяжкого преступления 8 лет.

Вместе с тем, на момент совершения Г.Д.Н. преступления срок погашения судимости согласно действовавшей ранее редакции п. «г» ч. 3 ст. 86 Уголовного кодекса РФ составлял 6 лет.

В соответствии с ч. 1 ст. 10 Уголовного кодекса РФ уголовный закон, усиливающий наказание или иным образом ухудшающий положение лица, обратной силы не имеет.

Поскольку в соответствии со ст. 9 Уголовного кодекса РФ преступность и наказуемость деяния определяются уголовным законом, действовавшим во время совершения этого деяния, то при установлении в отношении Г.Д.Н. административного надзора, суд должен был руководствоваться положениями ст. 86 Уголовного кодекса РФ действовавшей на момент совершения им вышеуказанного преступления.(апелляционное определение суда ХМАО-Югры от 02.05.2017 № 33а-4010/2017)

5. Судебная практика Верховного Суда РФ.

Исковые требования прокурора к гражданам, страдающим алкогольной или наркотической зависимостью, о прекращении права управления транспортным средством подлежат рассмотрению судом в порядке административного судопроизводства.

Прокурор Ельниковского района Республики Мордовия обратился в суд в порядке ч. 1 ст. 45 Гражданского процессуального кодекса РФ в защиту интересов неопределенного круга лиц с исковым заявлением к Ф.М.М. о прекращении действия права на управление транспортными средствами.

Определением Ельниковского районного суда от 19.01.2016 производство по гражданскому делу по указанному иску прокурора прекращено в связи с тем, что заявленные требования подлежат рассмотрении в порядке административного судопроизводства.

Апелляционная и кассационная инстанция Верховного Суда Республики Мордовия признала указанное определение районного суда законным.

Заместителем Генерального прокурора Российской Федерации в Верховный Суд Российской Федерации внесено кассационное представление, в которомпоставлен вопрос об отмене состоявшихся по делу судебных постановлений.

Проверив материалы дела, судебная коллегия по административным делам Верховного Суда РФ согласилась с выводами судов нижестоящих инстанций о необходимости рассмотрения заявленных прокурором требований в порядке административного, а не гражданского судопроизводства.

В соответствии с ч. 1 и 2 ст. 1 Кодекса административного судопроизводства РФсуды общей юрисдикциирассматривают и разрешают административные дела, связанные с осуществлением судебного контроля за законностью и обоснованностью реализации государственных и иных публичных полномочий, в том числе административные дела, связанные с осуществлением обязательного судебного контроля за соблюдением прав и свобод человека и гражданина, прав организаций при реализации отдельных административных властных требований к физическим лицам и организациям.

Согласно пункту 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27.09.2016 № 36 «О некоторых вопросах применения судами Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации» к административным делам, рассматриваемым по правилам Кодекса административного судопроизводства РФ, относятся дела, возникающие из правоотношений, не основанных на равенстве, автономии воли и имущественной самостоятельности их участников, в рамках которых один из участников правоотношений реализует административные и иные публично-властные полномочия по исполнению и применению законов и подзаконных актов по отношению к другому участнику.

Как следует из положенийподраздела 3 раздела I Гражданского кодекса РФ и Федерального закона от 10.12.1995 № 196-ФЗ«О безопасности дорожного движения» право на управление транспортным средством, являющееся предметом спора по рассматриваемому делу, не отнесено к числу имущественных (гражданских) прав. Такое право не обладает оборотоспособностью, и совершение гражданско-правовых сделок в отношении его невозможно.

Общественные отношения, связанные с обеспечением безопасности дорожного движения, не основаны на равенстве, автономии воли и имущественной самостоятельности их участников.

Обращаясь в суд с требованием о прекращении права управления транспортным средством, прокурор реализует принадлежащие ему публичные (публично-властные) полномочия в отношении физического лица. В свою очередь, при рассмотрении и разрешении таких требований прокурора суд осуществляет судебный контроль за соблюдением прав гражданина, возникающих из административных и иных публичных правоотношений.

(Определение Верховного Суда РФ от 10.04.2017 № 15-КГПР17-1).

Возврат к списку